Господин прекратил смеяться и посмотрел на меня, снова в переносицу:
– Вы человек разумный. Необходимое знаете. В вашем мире адом называют это место. Чертей и котлов с грешниками здесь нет. Действительность сложней и неприятней, но речь не об этом. Сначала развею иллюзии: побывав в гостях при жизни, окажетесь после смерти в обязательном порядке. Да, не удивляйтесь, есть жизнь после смерти. Радости от этого немного. Вы испытали часть того, что предстоит испытать. Печалиться не надо. У вас есть я, ваш ментор. Мы можем все уладить, и мы уладим. Кстати. Верите в Бога?
– Нет.
– Правильно, его в самом деле нет. Есть только я, – господин краешками губ улыбнулся. – Все, что придумано о Божьем образе, его деяниях и прочем – это фикция. Как и то, что придумано обо мне. Бога нет. Его функции выполняет информационное поле, эфемерное, но какое есть, называйте его Разумом, если желаете. Или эфиром*. Еще есть я, помощник информационного поля. Помощник физически существующий, осязаемый и действующий. Вот две основы вселенной – одна думает, другая действует. Есть у нас с Разумом маленькое хобби, оно же предмет споров – люди. Сотворили мы человечество давно, но до сих пор не понятно зачем. Изначально была идея, что человек станет моим помощником в создании рая на Земле. Создавали его не животным, но разумным существом, наделенным эмпатией* и способным заботиться о чужом благе. Пошло наперекосяк. Скажите, если не затруднит, зачем человек рождается?
– ... чтобы жить.
– Как жить?
– ... хорошо, наверное.
– Почему вы решили, что хорошо? Может, его назначение – поиск ответа на вопрос: «Как убрать из мира несовершенство?» Может, его удел – помогать мне и делать мир лучше? Почему человек думает только о себе? Кто он такой? Он – прямоходящее млекопитающее, сознание которого способно подняться над инстинктами. Наличием сознания человек отличен от животных и подобен мне. И, не знаю почему, но человек редко пользуется умением мыслить, зато регулярно ведет себя как скотина.
– При чем тут душа?
– Не при чем. Душа – чистый лист, на котором человек пишет свои мечты. А потом поступками подтверждает написанное или вычеркивает. Вот и все. После смерти вселенский разум читает написанное и делает выводы. Не знаю какие. Зачем-то он дал людям душу. Я работаю с предметами материальными. Например, с договором о проведении сделки.
– Какой сделки?
– Официальной. В обмен на любые ваши желания я приобрету вашу душу, ваш лист с мечтами.
– Если не подпишу?
– Воля ваша. Вернетесь к прежней жизни, но после смерти окажетесь здесь. Будете воевать в пустыне, ломать камни в карьерах, драться в бараках, мерзнуть в клетках и убегать от зверей. Будете мучиться, страдать, умирать и снова возрождаться. Это ваша судьба. Вы были здесь и обязательно вернетесь.
– А если я продам душу? Что будет?
– То же самое. После смерти окажетесь здесь. Будете воевать в пустыне, ломать камни в карьерах, драться в бараках, мерзнуть в клетках, убегать от зверей, мучиться и страдать, умирать и возрождаться, но… Перед тем, как попасть сюда, вы насладитесь жизнью. Вы получите все, что пожелаете. Шикарно, не так ли?
– Шикарно. Непонятно другое: люди, не попавшие сюда, где потом оказываются?
– Без понятия. Не попавшие сюда, отлетают в другие места, а что там – не знаю, не интересно. Может, в киселе купаются и по воздуху летают. Но скажите, может ли блаженство быть вечным? Вспомните себя. Когда погибали от жажды, чего хотелось? Пить. Когда напоили, захотелось покушать. Когда накормили, воспылали страстью к девушке. Я понимаю, чего добивались тогда. Но если бы добились? Сыграли бы свадьбу? А что потом? Думаю, у вас возникло бы новое желание. Лимузин, пальмы и любовница. Согласитесь. Человек – это бесконечная спираль желаний, закрученная вокруг инстинктов. К сожалению, Гомо Сапиенс устроен так, что, попав в рай, будет мучиться и страдать как прежде. Помните голубую комнату с девушкой? Идеальная модель рая. Поэтому примите факт: выбора у вас нет, как и не было никогда раньше. Можете выбрать только из того, что предлагаю я – внимание, богатство, женщины... все, что пожелаете, в обмен на вашу душу.
– Нет, – выпалил я, гоняя в мозгу школьную программу по литературе. В каком классе изучали Гете? О чем шла речь в «Фаусте*»? Как сюжет построен и в чем секрет? «Мастер и Маргарита*»? Что там Воланд вещал? Или этот, как его, Понтий Пилат? Был же в книжках секрет! Любое произведение литературы должно иметь смысл в назидание потомкам!
Как на зло, кроме фильма «Маленькие трагедии*» со словами «Мне скушно, бес*» в голову ничего не лезло. Впрочем, вспомнились слова Иосифа Виссарионыча: «Эта штука посильнее, чем «Фауст» Гете»*.
Ничего больше. Хотя, стоп... Аннушка масло пролила!*
Господин улыбался, наблюдая мои мыслительные потуги.
– Надеюсь, это не окончательный ответ, – он сложил четки и сунул их в боковой карман.
Сверкнул красноглазым перстнем и достал из-под столешницы небольшой, с куриное яйцо, искрящийся хрустальный шар. Катнул по воздуху в мою сторону.
Шар не упал, разбившись, нет. Радужно переливаясь, необъяснимо увеличиваясь, шар поплыл мыльным пузырем в мою сторону. Я заворожено наблюдал, как волшебная сфера подплыла ко мне и… ах!.. коснулась газовой поверхностью, вызвала шевеление волос на теле и пахнула в лицо ментоловым духом. Сфера поглотила меня, уменьшив и исказив пространство. Я почувствовал, что возношусь к красному небу, оставляя внизу господина, вычурную мебель, горы, ломавшие зеркальную поверхность у горизонта...