#1-88. Наркоманов пригнать и в модный журнал вложиться. Правка

Идентификатор ссылки (англ.)	razbuzhennyy-vzbudorazhennyy
Статус:	Черновик

Описание

Идентификатор ссылки (англ.)	na-plyushchikhu-dobralis-s-opozdaniyem
Статус:	Черновик

Описание

'#80. Комментарии : faq';

'Seo_FaqController_actionUpdate_';

'#seo_faq_update';

88. Наркоманов пригнать и в модный журнал вложиться. Правка

Активен

Почистить кэш комментариев Экспресс-правка Разметка ред. Summernote ред. Quill ред. CKEditor ред. Trumbowyg ред. Imperavi ред. Jodit

Общая информация

Название (краткое)

Родительский комментарий (ID комментария)

Всего знаков в комментарии: 35012

id (статус)	88 (3)
Идентификатор ссылки (англ.)	po-okonchanii-obeda
Сайт (ID сайта)	asder.es. #1
Смотреть на сайте	https://asder.es/faq/po-okonchanii-obeda/
Время последнего обновления	10-10-2025 в 16:22:07
Ссылка в БД	https://asder.es/faq/po-okonchanii-obeda/
Картинка	https://static.asder.es/cache/80/88-po-okonchanii-obeda_col-12.webp

Родительская модель: По окончании обеда Жорик прошел
Тип родительской модели: Тексты
Сайт - asder.es. ID сайта #1

Полный текст < > & " ' « » – — … • · ← → ↑ ↓ ↔

Валюты: € £ ¥ ¢

Типографика: § ¶ ° ± × ÷

Дроби: ½ ⅓ ⅔ ¼ ¾ ⅛ ⅜ ⅝ ⅞

Греческие: α β γ δ ε λ μ π σ ω Δ Σ Ω

Математические: ≈ ≠ ≤ ≥ ∞ √ ∑ ∫ ∂ ∇

<p class="intro">В период 1993-1994 годов в России происходило формирование принципиально новой молодежной медиакультуры. На фоне распада СССР и болезненного перехода к рыночной экономике появились первые глянцевые журналы, ориентированные на молодежь, которая искала новые формы самоидентификации, отличные от советских образцов. Эти издания стали не просто источниками информации о музыке и моде, но проводниками западной клубной культуры и связанного с ней образа жизни.</p>
<h3>Контекст появления: почему именно 1993-1994 годы</h3>
<p>К 1993 году в России сложилась уникальная ситуация. Страна пережила распад Советского Союза, августовский путч 1991 года, расстрел Белого дома в октябре 1993-го. Старая идеологическая система рухнула, а новая еще не сформировалась. В условиях этого идеологического вакуума молодежь оказалась наиболее восприимчивой к западным культурным влияниям.</p>
<p>Экономическая либерализация, начавшаяся с 1992 года, привела к появлению первых предпринимателей, в том числе в медиаиндустрии. Парадоксально, но именно в период экономического кризиса началось формирование рынка глянцевых журналов &ndash; дорогих по себестоимости изданий, требующих качественной полиграфии.</p>
<p>Важным фактором стало открытие границ. Молодые редакторы и издатели получили возможность ездить на Запад, привозить оттуда журналы, изучать форматы и адаптировать их для российской аудитории. В условиях отсутствия интернета именно физический доступ к западным изданиям определял возможность создания чего-то нового.</p>
<h3>Предыстория: западные образцы</h3>
<p>Российские молодежные журналы середины 1990-х не возникли на пустом месте. Они сознательно ориентировались на западные образцы, которые к тому времени уже имели устоявшиеся форматы и эстетику.</p>
<h4>Британская модель: The Face</h4>
<p>Британский журнал The Face, основанный в 1980 году, стал библией для создателей российских молодежных изданий. Это было не просто музыкальное издание &ndash; The Face документировал клубную культуру, уличную моду, арт-сцену. Журнал прославился революционным дизайном, необычной версткой и фотографией, которая сама по себе была произведением искусства.</p>
<p>The Face освещал зарождающуюся рейв-культуру конца 1980-х &ndash; начала 1990-х, когда техно и хаус-музыка вышли из андеграунда и начали формировать новую молодежную идентичность. Именно эта модель &ndash; журнал как проводник определенного стиля жизни, связанного с клубной культурой &ndash; была взята за основу российскими издателями.</p>
<h4>Американские аналоги</h4>
<p>Американские журналы Details и Project X представляли альтернативный подход. Details (основан в 1982 году) был более мужским, ироничным, циничным изданием о моде и образе жизни. Project X фокусировался на альтернативной музыке и субкультурах. Оба издания отличались смелой визуальной концепцией и готовностью поднимать провокационные темы.</p>
<p>Эти журналы создавали ощущение, что читатель принадлежит к избранному кругу, к тем, кто &laquo;понимает&raquo;. Это была не массовая культура, а нечто элитарное, доступное только посвященным. Именно эта модель &laquo;клубности&raquo;, эксклюзивности была перенесена в российский контекст.</p>
<h3>&laquo;Птюч&raquo;: журнал как манифест рейв-культуры</h3>
<h4>Запуск и концепция</h4>
<p>Журнал &laquo;Птюч&raquo; начал выходить в сентябре 1994 года под руководством главного редактора Игоря Шулинского. С самого первого номера было понятно, что это издание принципиально отличается от всего, что существовало в российской прессе. &laquo;Птюч&raquo; не просто писал о молодежной культуре &ndash; он ее создавал, формировал и продвигал.</p>
<p>Название журнала (искаженное английское слово, которое можно интерпретировать по-разному) уже само по себе было провокацией. Оно было непонятным для широкой публики, но узнаваемым для тех, кто был &laquo;в теме&raquo; &ndash; для посетителей клубов, поклонников электронной музыки, для молодежи, которая искала альтернативу попсе и року.</p>
<h4>Связь с клубной инфраструктурой</h4>
<p>Уникальность &laquo;Птюча&raquo; заключалась в том, что журнал изначально был частью более широкого проекта по продвижению клубной культуры. Это была не просто редакция, выпускающая журнал, а целая экосистема:</p>
<ul>
<li><strong>&laquo;Птюч-клуб&raquo;</strong> открылся 24 декабря 1994 года в Москве (5-й Монетчиковский переулок) и просуществовал до 1997 года. Это было физическое пространство, где встречались герои и читатели журнала, где играли диджеи, о которых писал журнал, где царила та самая атмосфера, которую издание пыталось передать на бумаге.</li>
<li><strong>Ptuch Sound System</strong> &ndash; промоутерская группа, основанная в конце 1994 года, занималась организацией клубных мероприятий, вечеринок, концертов. Это была коммерческая структура, которая зарабатывала на продвижении электронной музыки и артистов.</li>
</ul>
<p>Таким образом, журнал был не изолированным медиапродуктом, а центральным элементом культурной инфраструктуры. Клуб давал материал для статей, журнал рекламировал мероприятия клуба и промоутерской группы. Это был замкнутый круг, создававший ощущение целостной субкультуры.</p>
<h4>Техно, транс и рейв-культура</h4>
<p>&laquo;Птюч&raquo; с первых номеров позиционировал себя как издание о рейв-культуре. В 1993-1994 годах рейв только приходил в Россию. Это была музыка (техно, транс, хаус), тесно связанная с определенным образом жизни:</p>
<ul>
<li>Ночные вечеринки, длящиеся до утра</li>
<li>Особая эстетика &ndash; яркие цвета, кислотные оттенки, футуристические образы</li>
<li>Свободные танцы без привычной рок-н-рольной или дискотечной хореографии</li>
<li>Неформальная атмосфера, где размывались социальные границы</li>
<li>Использование психоактивных веществ как неотъемлемая часть культуры</li>
</ul>
<p>Журнал не скрывал связи рейв-культуры с наркотиками. Напротив, это было частью позиционирования &ndash; &laquo;Птюч&raquo; был радикальным, провокационным, он нарушал табу. В журнале печатались статьи, где открыто обсуждались вещества, их эффекты, опыт употребления. Это был сознательный эдиториал выбор &ndash; показать реальность клубной культуры без прикрас и ханжества.</p>
<h4>Редакционная политика и провокация</h4>
<p>Большинство статей в &laquo;Птюче&raquo; не подписывались именами авторов. Это создавало ощущение коллективного высказывания, голоса поколения, а не отдельных журналистов. Но главное &ndash; это давало свободу. Анонимность позволяла затрагивать темы, которые были бы невозможны при открытых подписях:</p>
<ul>
<li>Наркотики и их воздействие</li>
<li>Нетрадиционная сексуальность</li>
<li>Откровенные фотографии</li>
<li>Ненормативная лексика в заголовках и текстах</li>
</ul>
<p>Журнал печатал провокационные изображения, которые были бы немыслимы в других изданиях того времени. Визуальный язык &laquo;Птюча&raquo; шокировал, привлекал внимание, отталкивал консервативную публику и притягивал ту самую &laquo;продвинутую&raquo; молодежь, которая искала что-то радикально отличное от советской эстетики.</p>
<h4>Эклектика и отсутствие границ</h4>
<p>Каждый номер &laquo;Птюча&raquo; был максимально эклектичным. На его страницах могли соседствовать:</p>
<ul>
<li>Длинные материалы (лонгриды) про андеграундную музыку</li>
<li>Эссе о влиянии НЛО на моду</li>
<li>Откровенные рассказы школьниц о сексе и наркотиках</li>
<li>Реклама против наркотиков (парадоксально соседствующая с материалами, где употребление описывалось без осуждения)</li>
<li>Интервью с диджеями и молодыми дизайнерами</li>
<li>Репортажи с тусовок в Москве и других городах</li>
</ul>
<p>Тексты часто напоминали личные дневники, написанные потоком сознания. Авторы не стремились к журналистской объективности &ndash; они делились опытом, эмоциями, субъективными впечатлениями. Это создавало ощущение интимности, доверительного разговора с читателем.</p>
<h4>Игра с глянцевыми кодами</h4>
<p>Парадоксально, но &laquo;Птюч&raquo;, при всей своей андеграундности и антигламурности, активно использовал типичные глянцевые приемы:</p>
<ul>
<li>Фотографии с подиумов мировых недель моды</li>
<li>Вкладыши с образцами &ndash; правда, не парфюма или крема, а презервативов</li>
<li>Модные съемки с профессиональными моделями</li>
<li>Качественная полиграфия и дорогая бумага</li>
</ul>
<p>Журнал как бы бросал вызов глянцу, но при этом был глянцевым изданием. Эта двойственность &ndash; насмешка над глянцевыми стандартами при одновременном их использовании &ndash; была частью игры с читателем, частью иронии, которая пронизывала все издание.</p>
<h4>Дизайн и верстка</h4>
<p>Первые три номера готовили к печати дизайнеры Дмитрий Ликин и Евгений Райцес (позже ставшие арт-директорами Первого канала). Они создали нестандартную верстку, которая намеренно затрудняла чтение. Текст располагался под углом, накладывался на фотографии, печатался нечитаемыми шрифтами.</p>
<p>Это было сознательное решение. Журнал не хотел быть удобным и массовым. Его дизайн говорил: &laquo;Если ты не готов напрягаться, чтобы прочитать этот текст, значит, это издание не для тебя&raquo;. Яркие кислотные цвета, футуристические шрифты, хаотичная композиция &ndash; все это было визуальным эквивалентом техно-музыки и рейв-эстетики.</p>
<h4>Финансовая модель</h4>
<p>Создание и поддержание такого издания требовало значительных вложений. Качественная полиграфия, дорогая бумага, работа профессиональных дизайнеров и фотографов &ndash; все это стоило денег. В 1994 году, на фоне экономического кризиса, найти финансирование для молодежного журнала было непростой задачей.</p>
<p>Модель была такой: журнал привлекал рекламодателей, которые хотели достучаться до платежеспособной молодежи. Клуб и промоутерская группа приносили дополнительный доход. Но главное &ndash; проект поддерживался энтузиастами, для которых это было не просто бизнесом, а миссией по продвижению новой культуры.</p>
<h3>&laquo;ОМ&raquo;: более мягкий, но не менее влиятельный</h3>
<h4>Концепция и позиционирование</h4>
<p>Журнал &laquo;ОМ&raquo; начал выходить в ноябре 1995 года под руководством Игоря Григорьева, который до этого редактировал журналы Imperial и &laquo;Амадей&raquo;. &laquo;ОМ&raquo; появился чуть позже &laquo;Птюча&raquo;, но быстро занял свою нишу. Если &laquo;Птюч&raquo; был радикальным и провокационным, то &laquo;ОМ&raquo; был более гламурным, &laquo;тусовочным&raquo;, читабельным.</p>
<p>&laquo;ОМ&raquo; тоже был связан с клубной культурой, но подходил к ней иначе. Это был журнал для тех, кто хотел быть в курсе модных тенденций, посещать правильные места, слушать правильную музыку, но при этом не готов был к радикализму &laquo;Птюча&raquo;. &laquo;ОМ&raquo; формировал вкусы, но делал это мягче, дипломатичнее.</p>
<h4>&laquo;Голос поколения&raquo;</h4>
<p>Редактор Андрей Бухарин вспоминал, что &laquo;&bdquo;ОМ" претендовал на то, чтобы быть &bdquo;голосом поколения"&raquo;. Журнал обращался к &laquo;думающей молодежи&raquo;, которая искала новую эстетику, отличную от советской, но и не хотела скатываться в &laquo;малиновые пиджаки&raquo; и &laquo;золотые цепи&raquo; новых русских.</p>
<p>В середине 1990-х в России существовала пропасть между двумя образами жизни: с одной стороны &ndash; криминальная романтика, &laquo;авторитеты&raquo;, казино, &laquo;Владимирский централ&raquo; в караоке; с другой &ndash; альтернативная молодежная культура, ориентированная на Запад, на качественную музыку, на интеллектуальность. &laquo;ОМ&raquo; стал рупором второй группы.</p>
<h4>Музыкальные приоритеты</h4>
<p>В отличие от &laquo;Птюча&raquo;, который продвигал прежде всего электронную музыку, &laquo;ОМ&raquo; уделял большое внимание российской поп-музыке нового типа &ndash; &laquo;рокапопсу&raquo;. Журнал активно поддерживал такие группы, как:</p>
<ul>
<li>&laquo;Мумий Тролль&raquo;</li>
<li>&laquo;Земфира&raquo;</li>
<li>&laquo;Братья Гримм&raquo;</li>
<li>&laquo;Би-2&raquo;</li>
<li>&laquo;Сплин&raquo;</li>
<li>&laquo;Танцы Минус&raquo;</li>
</ul>
<p>Эти исполнители были связаны с клубной сценой, но их музыка была более доступной, чем хардкорный техно. &laquo;ОМ&raquo; помогал выводить андеграундных музыкантов в мейнстрим, делал их звездами. Журнал выпустил четыре сборника &laquo;лучшей музыки&raquo; по версии редакции, которые стали важными документами эпохи.</p>
<h4>Связь с клубами</h4>
<p>Хотя у &laquo;ОМа&raquo; не было собственного клуба (как у &laquo;Птюча&raquo;), журнал был тесно связан с клубной инфраструктурой Москвы. Журнал освещал модные вечеринки, открытия новых клубов, выступления диджеев и групп. Быть упомянутым в &laquo;ОМе&raquo; означало стать частью &laquo;правильной&raquo; тусовки.</p>
<p>Редакция журнала сама была частью этой тусовки &ndash; журналисты и дизайнеры &laquo;ОМа&raquo; были завсегдатаями модных клубов, они лично знали героев своих статей, они формировали ту самую среду, о которой писали. Журнал не наблюдал за культурой со стороны &ndash; он был ее неотъемлемой частью.</p>
<h3>Общие черты и различия двух моделей</h3>
<h4>Что объединяло &laquo;Птюч&raquo; и &laquo;ОМ&raquo;</h4>
<ul>
<li><strong>Ориентация на Запад:</strong> Оба журнала создавались по образцу западных изданий и транслировали западные культурные коды.</li>
<li><strong>Связь с клубами:</strong> Оба издания были тесно связаны с клубной культурой, хотя и по-разному.</li>
<li><strong>Формирование вкусов:</strong> Журналы не просто информировали, но активно формировали представления о том, что модно, правильно, современно.</li>
<li><strong>Создание сообщества:</strong> Оба издания создавали ощущение принадлежности к избранному кругу, к тем, кто &laquo;понимает&raquo;.</li>
<li><strong>Высокое качество:</strong> Дорогая полиграфия, профессиональные фотографы, качественный дизайн &ndash; это были не дешевые издания.</li>
</ul>
<h4>Ключевые различия</h4>
<ul>
<li><strong>Радикальность:</strong> &laquo;Птюч&raquo; был провокационным, шокирующим, граничащим с неприличием. &laquo;ОМ&raquo; был более мягким, гламурным, &laquo;угодливым&raquo; (по выражению критика).</li>
<li><strong>Музыкальные приоритеты:</strong> &laquo;Птюч&raquo; продвигал техно и транс, &laquo;ОМ&raquo; &ndash; рокапопс и альтернативную поп-музыку.</li>
<li><strong>Читабельность:</strong> &laquo;Птюч&raquo; намеренно затруднял чтение нестандартной версткой, &laquo;ОМ&raquo; был более удобным и доступным.</li>
<li><strong>Отношение к мейнстриму:</strong> &laquo;Птюч&raquo; оставался андеграундным до конца, &laquo;ОМ&raquo; стремился влиять на мейнстрим и выводить своих героев на большую сцену.</li>
</ul>
<h3>Экономическая реальность и вызовы</h3>
<h4>Проблема финансирования</h4>
<p>В 1993-1994 годах создать и поддерживать глянцевый журнал в России было крайне сложно. Экономика находилась в кризисе, рекламный рынок только формировался, покупательская способность населения была низкой. Молодежные журналы были рискованным бизнесом.</p>
<p>Тиражи были небольшими по сравнению с массовыми изданиями. Читательская аудитория была узкой &ndash; это была городская молодежь из относительно обеспеченных семей, студенты, молодые специалисты. В регионах журналы практически не продавались, вся жизнь концентрировалась в Москве и, в меньшей степени, в Петербурге.</p>
<h4>Зависимость от издателей</h4>
<p>Редакции молодежных журналов были творческими командами, но финансирование приходило от издателей &ndash; бизнесменов, которые вкладывали деньги в проекты. Это создавало постоянное напряжение: творческие люди хотели свободы и экспериментов, бизнесмены требовали прибыльности.</p>
<p>История &laquo;Птюча&raquo; показательна: в 1996 году права на издание были проданы ЗАО &laquo;Гертруда&raquo;, что в итоге привело к конфликтам между редакцией и новыми владельцами. Кризис 1998 года усугубил ситуацию. К 2000 году финансирование прекратилось, и журнал фактически закончил свое существование, хотя официально закрылся только в 2003 году.</p>
<h3>Культурное влияние и наследие</h3>
<h4>Формирование постсоветской идентичности</h4>
<p>Молодежные журналы 1993-1994 годов играли огромную роль в формировании новой постсоветской идентичности. Они показывали молодым людям, что можно жить иначе, что существуют альтернативные модели поведения, одежды, проведения досуга.</p>
<p>В условиях идеологического вакуума эти журналы предлагали новую систему координат. Они говорили: вы можете быть свободными, вы можете выбирать, что слушать и как одеваться, вы не обязаны следовать старым советским образцам или копировать &laquo;новых русских&raquo; с их вульгарностью.</p>
<h4>Создание языка и эстетики</h4>
<p>Журналы создавали новый язык для описания реальности. Они вводили в русский язык заимствования из английского, связанные с клубной культурой: рейв, техно, транс, диджей, промоутер. Они формировали визуальную эстетику, которая позже стала мейнстримом &ndash; яркие цвета, футуристические образы, смелые фотографии.</p>
<h4>Документирование эпохи</h4>
<p>Главный редактор &laquo;ОМа&raquo; Игорь Григорьев писал в 1998 году: &laquo;Уверен, что по ОМу будут изучать новейшую историю нашей с вами страны&raquo;. И он был прав. Эти журналы стали важнейшими документами эпохи, зафиксировавшими, как выглядела, думала и чувствовала молодежь середины 1990-х.</p>
<p>Писатель Сергей Минаев спустя годы отмечал: &laquo;Сказать, что &bdquo;ОМ", в культурном плане, сделал для моего поколения больше, чем любая другая медиа было бы весьма банально, но это так. То был единственный журнал, который прививал вкус к правильной музыке, кино, литературе&raquo;.</p>
<h4>Судьба изданий</h4>
<p>Максим Семеляк, бывший автор обоих журналов, дал точную оценку их судьбам: &laquo;&bdquo;Ом" был предтечей наступившего времени, тогда как &bdquo;Птюч" не был предтечей вообще ничего. &bdquo;Птюч" пошел на дно вместе со своими героями. &bdquo;Ом" вывел своих героев в мейнстрим, но сам этому мейнстриму не пригодился&raquo;.</p>
<p>Оба журнала закрылись &ndash; &laquo;Птюч&raquo; в 2003 году, &laquo;ОМ&raquo; в 2006-м. Их время прошло. Клубная культура изменилась, интернет сделал печатные журналы менее актуальными, молодежь нашла новые формы самовыражения. Но их влияние остается: они показали целому поколению, что возможна жизнь за пределами советских стереотипов и криминальной романтики 1990-х.</p>
<h3>Заключение: журнал, клуб и &laquo;образ жизни&raquo;</h3>
<p>Феномен молодежных журналов 1993-1994 годов нельзя понимать в отрыве от клубной культуры. Это были не просто издания о музыке и моде &ndash; это были проводники целого образа жизни, частью которого были ночные клубы, электронная музыка, определенная эстетика и, неизбежно, психоактивные вещества как элемент рейв-культуры.</p>
<p>Связка &laquo;журнал + клуб + промоутерская группа&raquo; (как в случае с &laquo;Птючем&raquo;) была идеальной бизнес-моделью для продвижения этой культуры. Журнал создавал информационное поле, клуб предоставлял физическое пространство для встреч и мероприятий, промоутеры организовывали события. Все элементы работали синергично, усиливая друг друга.</p>
<p>Для романа, действие которого происходит в 1993 году, важно понимать: это был момент зарождения. Западная клубная культура только начинала проникать в Россию. Первые энтузиасты привозили журналы и пластинки из-за границы, пытались воспроизвести увиденное в российских условиях. Это было время экспериментов, когда еще не было понятно, приживется ли все это, найдет ли аудиторию.</p>
<p>К 1994 году, когда вышел первый номер &laquo;Птюча&raquo;, стало ясно, что аудитория есть. Молодежь была готова к новому. Она искала альтернативу и попсе, и тяжелому року, и блатной романтике. Рейв с его электронными ритмами, яркими красками и философией &laquo;мира и любви&raquo; (peace and love) оказался именно тем, что нужно было поколению, выросшему в эпоху перемен.</p>
<p>Но за этой яркой оберткой скрывалась и темная сторона. Рейв-культура была тесно связана с наркотиками &ndash; прежде всего с экстази (MDMA), который усиливал эмпатию и позволял танцевать часами напролет. Журналы не скрывали этой связи, более того &ndash; нормализовали ее, представляли как часть образа жизни. Это было рискованно и провокационно, но соответствовало реальности клубной сцены того времени.</p>
<p>Для предпринимателя, подобного герою романа Роману Пескову, вложения в молодежный журнал и клуб в 1993 году были бы рискованным, но потенциально перспективным делом. Если найти правильную команду (энтузиастов, которые понимают</p>

Скопировано в буфер!

Вставлено из буфера!

88. Наркоманов пригнать и в модный журнал вложиться. Правка

Дополнительные символы