Через месяц я превратился в животное, видевшее одно – женское тело, способное удовлетворить страсть и вернуть безмятежное состояние всклокоченному духу.
Но, черт побери, я стал не домашней скотиной, но диким зверем!
Бойтесь!!!
Настал день, когда я предпринял отчаянную попытку, молниеносный бросок, всесокрушающий штурм, мне бы позавидовал Клаузевиц*! Ха, она была сильна и месяц отбивалась играючи, но в этот день на моей стороне были опыт, хитрость и отчаяние. Я понял, что если не сейчас, то никогда больше.
Невермор*!
Ранним утром я подкрался к ней и ястребом бросился на вожделенное тело. Девчонка после секундной борьбы сбросила меня с кушетки и осыпала градом обжигающих ударов хлыста. Детская забава!
Я скомандовал проколотому невыносимой болью сознанию: терпеть!
Это длилось невыносимо долго... Примерно две секунды. Хлыст выскользнул из ее рук.
В моих ушах простучало «Победа!», но девчонка неожиданно обрушила град поставленных каким-то сукой-тренером плотных, мощных ударов. Это длилось так же утомительно долго. Секунды три-четыре-пять...
увиливая от мелькавших ног и рук, я теснил ее...
тихой сапой двигал девчонку к стене...
сковывал ее свободу движений, не позволяя чувствовать себя уверенно...
так, так, так, тихо, осторожно, бочком-бочком, ставя блоки, не отрывая ног от пола, чуток поддавливая, уклоняясь, но шажок за шажочком вперед...
...когда тень беспокойства мелькнула в огромных глазах, я левой рукой перехватил голеностоп, свистевший в направлении моей груди, прижал к себе и повалил девчонку на кушетку. Она охнула от неожиданности. Ее мышцы обмякли, ослабли – есть!!! виктория!!! – и я, не медля, развивая чудом добытый успех, заломил ее руки за спину и впился губами в чуть раскрытый рот-мечту, скользнул языком по ее зубам... и чуть не потерял сознание.
Боже мой!
Я едва не умер от захлестнувшей меня волны исполнившегося желания. Мой язык встретился с ее, гибким и страстным. Языки переплелись и устроили вихрь и бурю в пространстве, ограниченном ртами! Я покорил извивающееся тело! Оно стихло.
Она обняла меня.
Она, оторвавшись от поцелуя, прошептала что-то горячее и нежное в ухо и... четыре человека, невесть откуда взявшиеся, подхватили меня за руки, за ноги и вынесли в коридор прочь от Любви.
– А-а-ааа! – исторгла моя глотка. Убить себя от отчаяния, злости и ненависти!
Я до умопомрачения, самозабвения ненавидел всё, всех и себя в том числе.