1 октября 1993 года

К первому октября я по-прежнему ни разу не появился в институте. Был загружен работой четырнадцать часов в сутки. Схема, выстроенная Жориком, сбоев не давала. Люди несли в фонд наличные. Вадиму превращал наличность в безнал и перечислял Фиме. Фима конвертировал рубли в доллары и отсылал полякам. Обратным маршрутом – из Гданьска в Москву – выезжали фуры с алкоголем. Жорик заключил полтора десятка контрактов, которые требовалось оплатить кровь из носу еще вчера. Каждый день слали в Польшу все деньги, попадавшие в наши руки, до копейки, до цента, до пфеннига. Жорик, похоже, знал, что скоро свалится на Москву напасть.

Может случайно, а, может, он так спланировал, но в одночасье, как только в Верховном Совете забузили, алкоголь превратился в дефицит. Мы на ура торговали со стопроцентной наценкой всем, что завозилось, и все равно склад к вечеру пустел. Я еле приползал домой, добитый, убитый усталостью. Валился на кровать, вскакивал.

Черт! Уже утро! На работу!

Компания действовала слаженно. Каждый отвечал за определенный фронт. Гена взвалил на себя обязанности по Хрякинскому складу, немногочисленные, необременительные, но ответственные. Первая обязанность – принимать по накладной фуры с таможни. Вторая – загружать согласно заявке «Газон», челночивший до Калязинского и обратно. Работа муторная, нудная, требующая адского внимания и прилежания, как раз для Генки. Никто бы не справился, кроме него. Также Гена имел обязанность по составлению отчетов по складским остаткам, которые вечером, в общаге, передавал Юрику.

Геннадию мы не завидовали, а он лишь похохатывал, мол, работенка у него как у сторожа: «Весь день сиди на диванчике да журналы почитывай». Хорохорился.

В офисе обязанности разделились автоматом. Пашка – известный врун, болтун и хохотун – общался с клиентами. Записывал их пожелания, сравнивал с нашими возможностями, составлял заявки и передавал Юрику. Дотошный скрупулезный Юрец сверялся с отчетами по алкоголю, либо имеющемуся в подвале, либо находящемуся в пути, и выписывал накладные. Если алкоголь присутствовал только в Генкином отчете, то есть на Хрякинском складе, составлялась заявка для Гены и формулировалось обещание клиенту, что испрашиваемое приедет завтра.

Клиенты роптали, но отправлялись в подвал, где верховодил силач Вовка. Ему десять коробок наверх подогнать – легкая разминка.

На телефонные звонки отвечала Оксана, Юркина подружка, обладавшая роскошным голосом. Мы приняли ее на работу за оклад полтораста долларов в месяц, кратко объяснили суть работы, сунули под нос прайс-лист и забыли. Лишь в конце недели сообразили, что в конторе появился суперработник, вернее, суперработница, закрывшая бархатным тембром самый сложный участок работы – общение с клиентами по телефону.

На неделе пошаманил Серега, компьютерщик из ВычМеха. Он нарисовал программу, выписывающую накладные и тут же пересчитывающую остатки алкоголя в подвале, отладил ее, протестировал, установил еще два компьютера – Пашке и мне, протянул локальную сеть и был таков. Умчался в свою программистскую берлогу, в ВычМех, обозвав нас пожаром в дурдоме во время наводнения. В чем-то Серега был прав. Прием ваучеров и выплата дивидендов занятие сто крат благороднее, чем продажа бухла.

С введением компьютерного учета ералаш в работе уменьшился. Компьютеризация навела порядок в складских бумагах и принесла облегчение Юрику и Пашке. На волне радости, мы увеличили число компьютеров с трех до пяти, негоже Оксане и Вовке находиться на обочине прогресса с калькуляторами в руках. Серьезным делом заняты, пусть имеют доступ к информации.

Поняли, что расслабляться и праздновать рано. Всплыло другое проблемное место – склад. Сколько бы рейсов «Газон» не делал, чего бы Гена ни отгружал, к полудню подвал наполовину пустел. Клиенты, прибывавшие после обеда, рисковали получить не то что нужно, а то, что осталось. На весь этаж раздавалась громкая ругань, «Прома Импэкс» обзывалась сельмагом фуфельным, автолавкой без колес и прочими нехорошими словами. Торгаши – Паша и Юрик – не оскорблялись. Отпихивались от клиентов советом пораньше вставать и стряпали очередной заказ Геннадию.

Я обеспокоился проблемой всерьез. Первым делом уразумел, что имел в виду Жорик, когда бурчал: «Тут с ассортиментной матрицей без бутылки не разобраться».

Разобрался быстро, без бутылки, лишь три чашки двойного эспрессо выдул для активизации мыслительных процессов. Изучил статистику продаж, составил список ходового алкоголя, с которым ознакомил Юрика с Пашкой. Те подумали, добавили пару позиций и пообещали сегодня вечером передать список Гене, чтобы грузил указанные напитки от души, с тройным запасом. Пусть простаивают под боком, а не в Хрякино. Разобравшись с ассортиментом, я переключил внимание на очереди перед Павликом и на складе.

Полдня размышлений ни к чему не привели, хоть тресни. Решил сходить в «Терем» перекусить, может чего привидится. Как только сел за стол, привиделся легким уколом в мозжечок Генка, мающийся бездельем в Хрякино. Или не привиделся? Может я головой стукнулся, когда откидывался назад на спинку стула и стену задел невзначай? Без разницы. Решение найдено.

Пока заглатывал наспех обед, в голове вспыхивали мысли, одна другой ярче.

Через час инструктировал Юрика. Сначала объявил, что по просьбам закупающихся граждан вводятся скидки размером пять и десять процентов. Пояснил, что скидки предоставляются при одном условии – получение товара на складе в Хрякино. Пять процентов для мелких клиентов, десять для солидных, кто тарится крупным оптом от тысячи долларов. Юрик согласился, указал Пашке: гони всех, кто готов за скидку мать продаст, в Хрякино на склад.

Я уселся за телефон, принялся названивать Гене. Следовало предупредить, что синекура кончилась, наступили напряженные трудодни.

Как впоследствии показали отчеты, решение оказалось верным. Крупные клиенты сообразили, что десять процентов скидки от стоимости товара в три-четыре тысячи долларов – неплохой повод, чтобы глянуть на Подмосковье. Очередь в офисе поредела, но это проявилось со временем, через пару недель. Другая проблема нарисовалась через час. Качественная связь с заводом отсутствовала, присутствовали шум и треск на древнем коммутаторе. Второпях купленный и выданный Генке пейджер не выручил. Операторы пейджинговой компании путались в диктуемых накладных, как второгодники в деепричастных оборотах. Тьфу!!!

Я тонул в груде дел, в суматохе явлений...