18 августа 1998г.
вторник
19–00
Мы поднялись на седьмой этаж. Она открыла дверь и впустила в гулкую, огромную – полдесятка комнат – квартиру. Из немногочисленной мебели поразила двухспальная кровать в середине самой большой комнаты. Я провел пальцем по покрывалу. Шелк отозвался напоминанием тела, ее тела.
Где она?
Я огляделся.
Девчонка исчезла, лишь холодный запах «Eternity*» кружил, сводил с ума. Я прошелся скупо обставленными комнатами и нигде ее не обнаружил... впрочем, догадался. Плеск воды и мерный рокот душа, подсказали, что она в ванной.
Вернулся в спальную и еще раз потрогал одеяло. Кажется, хранило её тепло. Излучало флюиды, щекотавшие, дурманившие и тело, и разум. Боже мой! Все отдам, чтобы оказаться под ним.
– Можешь принять душ, – голос, больше чем родной, отключил сознание, развернул и заставил следовать мимо обнаженной, свежей и влажной, в ванную. Там, не приходя в себя, пребывая в сомнамбуле, я скинул одежду и залез под горячие струи. Сменил на холодный режим, потом чуть теплый. Не поборов обуявший лунатизм, вышел на зов ее голоса.
Мозг расплавился, растекся, кашицей скользнул сквозь горло в грудную клетку и, коснувшись сердца, остановился. Меня окутала пелена.
Я видел горы с сединой вершин, освещенных закатом, и озеро с водой синей, как нависшее небо. Я видел белого коня, спускавшегося галопом с горы. Красный свет закатного солнца звал его, требовал. И конь, достигший берега, взмывал над водной гладью и продолжал галоп в направлении меня, в направлении закатного солнца. Два коня мчались на меня: один – белый, второй – бледный, еле угадываемый в наступивших сумерках, перевернутый, скачущее под водой отражение. И оба коня звали, тянули к себе, один – вверх, другой – вниз.
Видение, нежное и зыбкое, исчезло.
Я увидел ее – обнаженную, прекрасную, неземную. Она лежала на кровати. Я стоял перед ней. Тысячевольтная дуга, пронзившая пространство между нами, разрядила напряжение. Я бросился к ней, она обняла меня и впилась своими губами в мои.
Свершилось!
Свершилось! Свершилось!
Свершилось! Свершилось! Свершилось!