Источник: Трилогия фильмов 1970-х годов
Актёр: Всеволод Санаев
Образ мудрого, вдумчивого следователя, способного логически восстановить картину преступления
Источник: «Следствие ведут ЗнаТоКи»
Актёр: Леонид Каневский
Оперативник-импровизатор, мастер перевоплощений и негласных операций
Источник: «Место встречи изменить нельзя»
Актёр: Владимир Высоцкий
Харизматичный сыщик послевоенного МУРа с противоречивым характером
Иван Сергеевич Зорин — главный герой трилогии режиссёра Андрея Ладынина. Последний фильм «Версия полковника Зорина» вышел в 1978 году. Зорин воплощал образ интеллигентного следователя, способного путём логических умозаключений и психологического анализа раскрыть самые сложные преступления.
Характерные черты персонажа: вдумчивость, методичность, умение анализировать мотивы преступников. В фильме 1978 года Зорин противостоит часовщику Козырцу в психологическом поединке, используя провокацию для изобличения убийцы.
Александр Николаевич Томин — один из трёх главных героев легендарного сериала «Следствие ведут ЗнаТоКи» (1971-1989). Инспектор уголовного розыска, специалист по оперативно-розыскным мероприятиям.
Отличался артистичностью и способностью к перевоплощению — часто входил в доверие к преступникам под различными личинами. Балагур и импровизатор, но серьёзный профессионал. Неженат, жил с матерью на Большой Сыромятнической улице.
Глеб Георгиевич Жеглов — самый противоречивый и яркий из советских киносыщиков. Герой фильма «Место встречи изменить нельзя» (1979), действие которого происходит в послевоенной Москве 1945 года.
В исполнении Владимира Высоцкого Жеглов стал культовой фигурой. Начальник оперативной бригады МУРа, борец с бандитизмом. Известен фразой «Вор должен сидеть в тюрьме» и готовностью действовать на грани закона ради достижения справедливости.
Узнаваемый образ: галифе, сапоги, кепка. Противоречивый характер — сочетание искреннего стремления к справедливости с методами, вызывающими моральные вопросы.
Культурная память
К 1993 году эти персонажи стали частью коллективной памяти советского человека. Имитация Жориком манер знаменитых киносыщиков показывает, как глубоко эти образы укоренились в народном сознании и стали эталоном детективной работы.
Упоминание этих персонажей в тексте романа отражает ностальгию по советскому кинематографу и попытку героя найти опору в знакомых культурных образцах в период социальных потрясений начала 1990-х годов.
Все три сыщика представляли разные подходы к раскрытию преступлений: Зорин — через логический анализ, Томин — через оперативную работу, Жеглов — через интуицию и психологическое воздействие.
В криминальном жаргоне советского периода термин «бакланка» обозначал статью 206 Уголовного кодекса РСФСР — «Хулиганство». Это была одна из самых распространенных уголовных статей, под которую попадали различные проявления антиобщественного поведения.
Слово «баклан» в криминальной среде имело несколько значений:
Соответственно, «бакланкой» называли статью, под которую чаще всего попадали именно такие «бакланы» — мелкие нарушители порядка.
Статья 206 «Хулиганство» была введена в Уголовный кодекс РСФСР в 1922 году и неоднократно изменялась. К 1990-м годам она предусматривала наказание за умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу.
Под хулиганство подпадали:
Феномен хулиганства в России имеет глубокие исторические корни. Термин «хулиганы» впервые появился в российской прессе в 1905 году, обозначая уличных бездельников и дебоширов. В начале XX века хулиганские группировки терроризировали улицы Петербурга и других крупных городов.
Особенно активизировалось хулиганство в 1920-е годы, в период НЭПа. Тогда же появились легендарные «гопники» — обитатели ГОП (Городского общежития пролетариата) в Ленинграде. В то время хулиганы объединялись в организованные шайки с собственной иерархией и «специализацией».
«Причастны к этому были молодые, здоровые парни, их называли „бакланы", они определенно выглядели и своеобразно одевались: на ногах начищенные хромовые сапоги, собранные гармошкой, штаны, заправленные в них, с напуском, кепка „капитанка" набок, белая или цветная рубашка, поясок с кисточкой и пиджак.» Воспоминания новосибирского старожила о хулиганах конца 1920-х годов
«Причастны к этому были молодые, здоровые парни, их называли „бакланы", они определенно выглядели и своеобразно одевались: на ногах начищенные хромовые сапоги, собранные гармошкой, штаны, заправленные в них, с напуском, кепка „капитанка" набок, белая или цветная рубашка, поясок с кисточкой и пиджак.»
В контексте фразы Жорика «Не бакланка!» речь идет о том, что совершенное преступление не является мелким хулиганством, за которое дают статью 206. Герой подчеркивает, что кража значительной партии товара — это преступление совершенно иного уровня, требующее организации и планирования, недоступного обычной местной «гопоте».
Термин «бакланка» в 1990-е годы оставался частью криминального жаргона, хотя сама статья 206 УК РСФСР вскоре была заменена соответствующими статьями нового УК РФ 1996 года. Использование этого термина героем подчеркивает его знакомство с криминальной средой и умение «читать» преступления по их характеру и масштабу.
В новом УК РФ 1996 года хулиганство регулируется статьей 213, которая значительно сужает понятие хулиганства по сравнению с советской практикой применения статьи 206 УК РСФСР.