Новогодние каникулы для команды «А» и меня растянулись на три месяца. Я ходил в офис, листал отчеты, сочинял инструкции. В марте защитил диплом на «хорошо». Факт его получения в памяти отразился слабо. Кажется, заехали с Юриком и Павлом в шалманчик на Коломенской и ужрались в хлам. 

С утра вернулся к делам. Дела просты как табурет: от половины заводов, генерировавших чахоточную прибыль, надо избавляться. Любой сбой в их производственном цикле вел к убыткам. Требовалось решать: тратиться на реконструкцию или избавляться от ноши: оборудование вывозить на металлолом, цеха сдавать в аренду под рынки и склады.

Я погрузился в изучение сводок и обсуждения с Техническим управлением и финансистами.

В марте отправился в тур по райцентрам. Ни пансионатов, ни саун в собственности районных богдыханчиков не было. Этой темой, как правило, заведовали местные криминалы либо менты. Иногда и те и другие – в одном лице, при этом мечтавшие войти в процесс деиндустриализации на правах местного Дерсу Узала*.

Посещение убогих райцентров осточертело через месяц. Я выцепил Жорика, вернувшегося из турне. Тот повторял мой маршрут с задержкой в неделю, чтобы на местах после встречи со мной внятно артикулировали цифры за гектары в историческом центре.

– Я так не могу!

– Чего не можешь? – Жорик изобразил непонимание.

– Ездить столько.

– А я думал, тебе нравится селянок жучить, – пожал он плечами. – Ты ж мечтал об этом? Катаешься в «Мерседесе» туда-сюда и тыщи баб!

Кхм, заветные мечтания оказались смешны и несуразны, признаю! Жорик почесал макушку, ухмыльнулся:

– Понятно! Пенаты приелись. Поедешь в загранкомандировку! Куда?

– Париж! – Выпалил я.

Почему? С чего вдруг?

В Жориных глазах читались похожие вопросы, обошлось указаниями:

– Смотри, такая тема. Нарисовались турки-девелоперы с предложением по Нефтеволжску. Вчера гонял к ним, вроде как басурмане* серьезные. Смотри, там центр – частный сектор, замудохаешься избы выкупать. Зато наш комбинат стоит между вокзалом и набережной. Если продать туркам склад у набережной и причал, получим денег на модернизацию. Апартаменты на набережной по любому козырнее квартир в центре. Турки знают. Чтобы отчуждение земли нигде не светить, помусоль тему с Мариной и Севой. Создадим при комбинате контору, в которую вложимся территорией, а турки оборудованием. Проведем по старым ценам, за копейки, на которые официально закупим оборудование у Гжегожа, а турки официально построят премиум-аппартаменты для работяг. Если сказал Париж, значит Париж. Семафорим туркам, что финальная встреча там. Ида сейчас занята, поэтому занимайся визой и остальной хурмой самостоятельно. Как определишься с датами, скинь Гжегожу. И поставь задачу технарям – что в Нефтеволжске менять.

Жора ушел, я набрал Павла и поставил задачу из двух пунктов: «Нужен список оборудования, которое надо обновить в Нефтеволжске. Бюджет отсутствует».

Впрочем, и так ясно. В курилках Промы такие пункты решались влет: «Обновлять весь советский хлам. Покупать новое в Европе».

Посидел, подумал.

Нужна карта Парижа, чтобы ориентироваться с бронированием. Куда ехать, где ночевать – непонятно. Где добыть карту – неведомо. Набрал Юрика, поставил задачу: пусть девочки с ресепшена решат квест: «Нужна карта Парижа. Срочно».

Раскрыл «Желтые страницы» в разделе «Туризм», принялся за обзвон контор: хочу визу во Францию и отель с видом на Эйфелеву башню из окна. Завтра! 

Стреляного воробья на мякине не проведешь! Если нужны билеты на завтра, значит есть шансы уехать в течение недели. Если нужен отель с конкретным видом, поселят километров в пяти. Интуристом не был, но опыт торговли бухлом использовал вовсю. Суть любого бизнеса одна – кручу, верчу, раскрутить хочу. Если клиент не определяет четкие границы хотелок и бюджета, надо раскручивать на нули в цифрах. 

Фух! Обзвонил всех!