Отсылка к стихотворению Владимира Маяковского «А вы могли бы?» (1913) — одному из программных произведений раннего творчества поэта. Впервые опубликовано в марте 1913 года в футуристическом сборнике «Требник троих» (Хлебников, Маяковский, Бурлюк). Именно в этом стихотворении формируется узнаваемый образ лирического героя Маяковского — дерзкого, бросающего вызов обыденности.
Стихотворение открывается строками: «Я сразу смазал карту будня, / плеснувши краску из стакана; / я показал на блюде студня / косые скулы океана». Эти образы стали эмблематичными для раннего русского футуризма. «Карта будня» (или «карта дня») — это меню в кафе или ресторане, буквальный перевод французского «carte du jour». Таким образом, в тексте романа герой сравнивает свое состояние опьянения с творческим вдохновением футуриста, преображающего повседневность.
В контексте 1993 года эта отсылка обретает особое значение. На фоне радикальных общественно-политических перемен в постсоветской России многие интеллектуалы обращались к опыту авангарда начала XX века, находя параллели между двумя эпохами слома культурных парадигм. «Жолтая кофта» — еще одна отсылка к Маяковскому, который эпатировал публику ярким нарядом на выступлениях футуристов. В декабре 1912 года на вечере в Политехническом музее Маяковский впервые появился в своей знаменитой желтой кофте, ставшей символом футуристического вызова общественному вкусу.
Образ «блюда студня» особенно примечателен контрастом между аморфностью этого блюда и динамичным, рубленым стихом Маяковского. Николай Харджиев, известный исследователь русского авангарда, отмечал в стихотворении «А вы могли бы?» три метафорических плана: визуальный (натюрморт), звуковой (ноктюрн, флейта) и динамический (выраженный в активных глагольных формах).
В финале стихотворения звучит знаменитый риторический вопрос-вызов: «А вы / ноктюрн сыграть / могли бы / на флейте водосточных труб?» Эта строка, разбитая на части в виде типичной для Маяковского «лесенки», подчеркивает противопоставление творческой личности и толпы, что было исключительно актуально для самоощущения интеллигенции в постсоветский период.
В начале 1990-х, когда многие художники и писатели искали новые формы самовыражения в эпоху рыночных отношений, обращение к фигуре Маяковского зачастую становилось способом осмысления роли творца в переломное время. Однако в отличие от революционных 1910-х, в 1993 году такая отсылка могла восприниматься с долей иронии по отношению к самому герою, который, будучи в состоянии опьянения, романтизирует себя, сравнивая с дерзким футуристом начала века.
А вы могли бы?
Я сразу смазал карту будня,
плеснувши краску из стакана;
я показал на блюде студня
косые скулы океана.
На чешуе жестяной рыбы
прочел я зовы новых губ.
А вы
ноктюрн сыграть
могли бы
на флейте водосточных труб?1913 г.