18 июля 1993г.
воскресенье

Утро выдалось солнечным, бьющим по глазам сквозь наглухо задернутые шторы и сулящим жару с духотой. 

Проснулся в девять. Сна ни в одном глазу, в ВычМех ехать к часу. Накануне с Жориком договорился, что сначала высплюсь, а уж потом на работу.

Послонялся по квартире, не представляя, чем заняться. Надо бы по магазинам пройтись. Сто тысяч зарплаты лежат на тумбочке, требуют трат. На что? Лень прикидывать и высчитывать, какие продукты покупать. Холодильник забит колбасами, сырами и прочими ингредиентами питательного бутерброда. Ничего не надо.

Единственным делом, которым придумал заняться, оказалась стирка. Загрузил носки, майки, джинсы в стиральную машину, нажал кнопку «Пуск» и услышал телефонный звонок. Кто-то звонил. Первый раз на моей памяти. 

Я взял трубку, осторожно спросил: «Але?» Девчачий голос на том конце провода защебетал:

– Ромка, ты? Наконец-то. Куда подевался? Запарилась дозваниваться! Давай в гости приглашай! У меня куча новостей! Алло! Рома! Рома?

– Да, слушаю.

– Не узнал, что ли? Это Вера!

– Ух, – я облегченно выдохнул в трубку: – Привет!

– Ну так что, в гости приглашаешь?

Не успев сообразить: «Зачем, куда, какие гости?», продиктовал адрес и услышал в ответ: «Жди через полчаса! Чмоки!»

Обрывки мыслей, с утра дрейфовавших по извилинам, исчезли. Я засуетился, забегал по квартире в лихорадке. Наводил марафет везде и сразу, стремясь в полчаса вывести следы безалаберного пацанского проживания, накопившиеся за три недели. Закончил расставлять мытую посуду со звонком в дверь. Бормоча: «Проходи, не разувайся, у меня не прибрано, ну, если разулась, вот тапочки», впустил Веру.

Она чмокнула в щечку, передала бутылку «Мартини», переобулась и прошлась по комнатам, внимательно осматривая планировку, интерьер и даже экстерьер – в каждой комнате изучала каждую деталь от мебелей до плинтусов, выглядывала в окно, обозревала окрестности. Инспекцию производила, непонятно зачем. Я занимался сервировкой стола в гостиной. Двигал стол к дивану, расставлял бокалы, распределял по плоскости тарелки с бутербродами.

– Открывай, – Верочка с ногами залезла на диван. Лицо довольное. Что ее радовало: результаты осмотра квартиры или предчувствие пьянки? Я открыл бутылку, разлил по сто грамм, сел напротив.

– А я контейнер в Луже арендовала. Со среды начну, – похвасталась Верочка.

– За контейнер! – выдал я незатейливый тост и сурово выдул половину бокала. Чай, тоже не сторож на бахче, серьезным делом занимаюсь.

Минут через пять Верочка допила «мартини» до дна, поставила бокал на стол и откинулась на диван, лежа поперек. Поспать захотелось? Она поманила меня рукой к себе. Я повиновался с неким сомнением, с застрявшим в горле предложением: «Мне на работу через час выходить». Лег на Верочку сверху, впился губами в ее губы, начал срывать с себя футболку, джинсы, что-то приговаривал, забываясь, теряя разум в лихорадке предчувствия секса. Вера, стаскивая с себя платье, тоже шептала…

Я не слышал. Слух, зрение и обоняние вернулись через пять минут. Верочка пискнула, я кончил. Прижал к себе, перевел дыхание, ух-ххххх… откинулся на спину... хх-ххх-ххххорошо. Спроецировал на потолок мысль: «сколько ехать до ВычМеха»?

Имею право опоздать в выходной.

Сходил в душ, вернулся в кресло, допил остававшееся в стакане.

Уф, отпустило. Надо вспомнить мысли. Через час выходить, ехать в офис с компьютерами разбираться. Очевидно, что дальше пить нельзя. Надо Вере объяснить, что намечаются важные дела, поэтому без обид сворачиваем посиделки и разбегаемся.

Вера вернулась из ванной и села напротив, обернувшись в полотенце Я встал подешел к плите:

– Кофе сварю. Тебе как?

– С молоком, без сахара.

– «Мартини» будешь?

– Нет. Мне с девчонками встречаться через час.

Оп!

Очень хорошо!

Сварил кофе, похвастал, что варю по Жоркиной методе на медленном огне, почти как от зажигалки и зерна не абы какие, настоящий «Илли*»… Верочка не стала слушать советы, как правильно кофеварить. Махнула кофе в два глотка, набросилась на меня.

Случился секс с переменой позиций и перемещениями по комнате. Получилось замечательно и как неделю назад познавательно. Одновременно кончив, повалялись тюленями. Потом Верочка вскочила, оделась, заняла на бензин двадцать тысяч и была такова. Я только успел спросить, насколько хорошо она водит машину.

«Хорошо!» – писк с лестничной клетки был ответом.