#1-«Терем» встретил. Правка

'#11. Треды и сообщения : threads';

'Forum_ThreadController_actionUpdate_';

'#forum_thread_update';

«Терем» встретил. Правка

Активен

Почистить кэш тредов Экспресс-правка Разметка ред. Summernote ред. Quill ред. CKEditor ред. Trumbowyg ред. Imperavi ред. Jodit

Текст

Текст

30 декабря 1993г четверг 19-30
&laquo;Терем&raquo; встретил обильным столом, вернее, четырьмя рядами столов перевернутой буквой &laquo;Ш&raquo;, за которыми с шумом, с гиканьем разместились полсотни человек. Гикала &laquo;Прома импэкс&raquo;, состоявшая из парней, в &laquo;Ватрушке&raquo; преобладали скромные девицы. Жорик присел рядом со мной, покрутил головой. В отличие от меня не высчитывал соотношение мальчиков и девочек, а оценивал внешний вид празднующих. Наблюдения резюмировал саркастически:
&ndash; Стая бандерлогов. Самцы выясняют, кто главный бабуин. Самки пушат хвосты. Надо с этим завязывать, нарядим в однотипные костюмчики после каникул.
&ndash; Каких каникул?
&ndash; Сессию сдавай, ученый. Готовься к экзаменам. Юрик без тебя управится.
Прав, не поспоришь. Юрик не только подтянул успеваемость, но и сдал досрочно все зачеты плюс два экзамена.
Жорик, обозрев предвкушающий пьянку персонал, потянулся к бутылке водки. Народ Жоркин жест без внимания не оставил. В преддверии обильной пьянки, заволновался, зашелестел: &laquo;Тост! Тост! Георгий Альбертович, просим!&raquo;
Жорик наполнил рюмку водкой и поднялся с сумрачным видом. Насупленный, вдумчивый обвел тяжелым взглядом зал, прокашлялся, дождался полной тишины, когда все разлито по рюмкам и успокоено&hellip; еще раз прокашлялся. Ватным сиплым голосом сообщил, что начало положено. Одна тысяча девятьсот девяносто третий год провожается успехами. Всем, кто ковал успехи, выписывается премия в размере тысячи долларов... Каждому...
Установилась гробовая тишина. Никто не мог поверить в услышанное и каждый хотел понять, входит ли он в число ковавших успех.
Жорик, позер и балабол, сполна насладился произведенным эффектом и звонко провозгласил:
&ndash; За тех, кто работает в &laquo;Прома Импэксе&raquo; и &laquo;Ватробанке&raquo; больше месяца! За победителей!
И выпил. Все вскочили и дружно, с воодушевлением чокнулись. Я поддержал Жорин тост с большой задержкой. Сначала поразился небывалой расточительности. В &laquo;Прома Импэксе&raquo; человек пятнадцать работало больше месяца. То есть пятнадцать тысяч будут изъяты из кассы компании&hellip; не из Жориного же кармана, в самом деле... хотя&hellip;
Я вспомнил, как полчаса назад Жорик щелкнул меня по носу Юркиным отчетом. Водка &laquo;Пепофф&raquo; после массированной рекламной кампании продалась влет. Постоянные клиенты сторонились ее как черти ладана, но залетные скупили в момент. Рассуждали, что на посленовогодье возможны напряги с качественной водкой, почему бы не взять. Бывалые промовские менеджеры тактично отмалчивались.
&nbsp;
Да. Жорик выиграл спор в одну калитку, но забрать проигранный &laquo;Торус&raquo; не сподобился. Почел достаточным щелобан в лоб за преподанный урок. Я принял как закон: при грамотном подходе убытков быть не должно. Пятнадцать тысяч, которые считались потерянными, Жорик вернул в кассу с легкостью необыкновенной. Не жаль выделить на премию сотрудникам. Пусть будет так. Пусть все довольны. Надо выпить!
Я выпил. Глянул на Жорика, улыбнулся. Тот, ахнув рюмочку до дна, отставил в сторону. Маловато. Огляделся, сориентировался и от души плеснул водки в фужер для виски. Похоже, в нем забурлило беспокойное настроение. Праздник наступил!
Жорик постучал вилкой по фужеру. Как только шорох сошел на нет, прокашлялся и возвестил:
&ndash; А теперь пришло время поднять сосуды с алкоголиями, чтоб понять простую вещь. Любой сосуд есть стакан, то есть, как принято считать, инструмент для питья. Но давайте не будем забывать, что стакан имеет и другие свойства. Стакан есть тяжёлый предмет, который может быть инструментом для бросания. Стакан может служить как пресс-папье, как помещение для пойманной мухи, а при умелом обращении &ndash; как розочка в хорошей драке. Также стакан способен иметь ценность, как предмет искусства или как пошлятина с голой бабой на трафаретке. И все это независимо от того, годен ли стакан для питья. Так вот. У каждого из нас в руке стакан и он полон. Что мы будем делать? Философствовать или пить?
&ndash; Пить! &ndash; гаркнул коллектив, чуть вразнобой, но громко.
&ndash; Я тоже так думаю. Надо выпить. А за что? &ndash; Жорик обвел долгим взглядом присутствующих. &ndash; За что, соколики и пташечки? За процветание фирмы? За это пить не надо. Надо работать. Надо пахать! Так за что? В чем соль жизни? Я не знаю. Не могу ответить за всех присутствующих, но хочу вспомнить девиз моего хорошего товарища, помимо прочего отличного лингвиста и ценителя жизни: &laquo;Главное &ndash; чтоб хуй стоял и деньги были!&raquo; За это и хочу выпить.
В воцарившейся на секунду тишине громкими гыками отозвались Жорины глотки. Когда он грохнул осушенным фужером о стол, все опомнились, засмеялись, захлопали ладошками и вслед за Жорой отправились в край алкогольной эйфории.
Отправились туда, где люди &ndash; друзья и братья, где дела вершатся на раз, где жизнь приятна и невразумительна. Сто грамм, хоп! А сверху закусочкой, запивочкой, и путешествие началось. Я тоже накрылся эйфорией. Пересел к однокашникам, затеявшим разговор о подержанных машинах и перспективах парковки возле общаги.
Стало понятно, на что зарабатывались деньги &ndash; на шесть &laquo;восьмерок&raquo; и &laquo;сорок первый&raquo;. Это Павел противопоставил себя коллективу. Заявил, что &laquo;сорок первый москвич&raquo; &ndash; настоящий автомобиль, в отличие от тольяттинских погремушек. Юрик с Вовкой начали сыпать техническими терминами, призвали в помощь Генку. Тот с ходу заявил, что в разработке &laquo;восьмерки&raquo; участвовал &laquo;Порш&raquo;, Европа! Паша махнул рукой. Ссылками на континентальные ценности не впечатлился, остался при мнении, что по русским дорогам должны ездить русские машины. Его рассуждения напомнили рассуждения моего отца, бывалого &laquo;москвичевода&raquo;. Я, не обремененный мечтами пешехода, в прения не вступал.
Любовался ребятами и радовался возможности работать вместе с ними. Правильно сказал Жорик &ndash; банда! Горы свернем!
Через час оба коллектива, торговый и банковский, превратились в стадо бандерлогов с бандерложками без оговорок.
Я старался не пить, сдерживался как мог, но тщетно. В десятом часу утратил самоконтроль. Обнаружил туман, клубящийся над столом и смазывающий реальность в блюдо студня. Состояние знакомое до одури. Надо вентилировать мозг.
Сходил в туалет, облегчился, отправился на улицу, чтоб вдохнуть морозного воздуха, помедитировать на звезды, окоченеть и&hellip; Уп-с! Уперся в девушку, с которой пару раз сталкивался в зале. Искристая блондинка в приталенном брючном костюме, хм, чуть повыше меня и поуже. На правах старого знакомца поинтересовался, как там на улице, не холодно? В ответ услышал не глупое хихиканье, но жалобу, что все замечательно, да согреть некому.
Два раза повторять не надо. Я предложил услуги по согреванию.
На правах старожила отвел на второй этаж, там начал тискать ее тело, где надо выпуклое, в остальном &ndash; умеренно впалое. Девушка впилась губами в мои и взвизгнула. Ведро с белой краской совсем неудачно оказалось под ногами. Кажется, мы немного обляпались. Я с трудом сфокусировал зрение на происходящем ниже пояса и подивился леопардовой окраске брюк, то ли чужих, то ли собственных, не разобрать в темноте. Впрочем, ясность мысли не потерял. Галантно предложил метнуться домой, по-быстрому постираться и вернуться Никто не заметит. Девушка согласилась, икнула, спросила как меня зовут. Я представился Романом, она &ndash; Алиной.
Мы вышли на улицу, погрузились в таксомотор, помчались ко мне домой. Стиральную машину не загрузили. Не до стирки. Едва попав в квартиру, начали целоваться как первый раз в жизни, истово, суматошно, взахлеб. Потом сорвали одежды и погрузились в омут секса. Получалось не очень хорошо, но внутри полыхала лихорадка, не позволявшая остановиться. Где-то через полчаса угомонились, захлебнулись дремой. Под утро очнулись и продолжили бурный буйный секс, на трезвую голову, с новыми ощущениями. После второго соития уснули крепко, надолго.
До стиральной машины добрались после обеда.