Фраза о «первом в истории мироздания междупланетном математическом симпозиуме» является прямой аллюзией на знаменитый эпизод из романа Ильи Ильфа и Евгения Петрова «Двенадцать стульев» (1927), где главный герой Остап Бендер проводит шахматную лекцию в провинциальном городке Васюки.
В 35-й главе романа под названием «Междупланетный шахматный конгресс» Остап Бендер, оказавшись в Васюках без денег, организует сеанс одновременной игры в шахматы, обещая местным любителям шахмат грандиозные перспективы. Он убеждает жителей, что после проведения международного шахматного турнира их город станет новой столицей мира, переименованной в Нью-Москву, а затем и центром межпланетных коммуникаций: «А там, как знать, может быть, лет через восемь в Васюках состоится первый в истории мироздания междупланетный шахматный конгресс!»
Эта сцена считается одной из самых ярких в советской литературе и стала культурным феноменом, породившим крылатое выражение «васюкинский проект» как метафору грандиозных, но нереалистичных планов. В контексте России 1993 года, когда страна переживала период экономических реформ и зарождения рыночной экономики, подобные отсылки к «васюкинским проектам» приобретали особую иронию — многие бизнес-планы и государственные программы того времени отличались чрезмерным оптимизмом и оторванностью от реальности.
Эпизод с шахматным турниром в романе отражал атмосферу шахматного бума, начавшегося в СССР в 1920-х годах. Незадолго до выхода книги в стране прошел Всесоюзный шахматный съезд, повсеместно открывались шахматные кружки и клубы. Сама идея организации междупланетного шахматного конгресса пародировала популярные в те годы футурологические фантазии о космических путешествиях и контактах с другими планетами.
Культурологи отмечают, что сцена с расклейкой афиш и организацией сеанса в клубе «Картонажник» имеет параллели с эпизодом из романа Марка Твена «Приключения Гекльберри Финна», где герои-жулики развешивают театральные плакаты, обещая публике «изумительное зрелище».
В романе «Двенадцать стульев» шахматный сеанс заканчивается скандалом — Бендер проигрывает все партии, а разгневанные жители пытаются линчевать мошенника. Этот эпизод стал символом краха утопических проектов при столкновении с реальностью — урок, который оставался актуальным и для России 1990-х годов.
Использование этой литературной аллюзии в романе о России 1993 года создает многоуровневую иронию, связывая грандиозные планы героев с традицией авантюрных схем Остапа Бендера и подчеркивая циклическое повторение определенных социальных явлений в российской истории.