В этой главе возник конфликт между редактором и комментатором. Что имел в виду автор – не суть важно. Его дело текст писать, а наше – редактировать и комментировать.
Выяснилось, что в случае перемещения одного предложения, на котором настаивал редактор, комментатору понадобится переписывать пятьдесят процентов комментариев, написанных ранее.
Комментатор считает, что до этой главы текст был честным, хоть и аллегорическим, пересказом событий, происшедших в постсоветской России. Редактор своими правками предлагает превратить текст во вневременную интеллектуальную мороку, или точнее в морок имени Людвига Витгенштейна. Разрешить конфликт путем обсуждения с автором не получилось. Он вообще не понимает, о чем идет речь.
И редактор, и комментатор остались каждый при своем мнении, но решили впредь вносить в текст минимальные правки и комментировать тоже по минимуму. Взамен решено воспользоваться форумом и там править текст и комментировать все на свете как душе угодно!
PS. Предложенное редактором перемещение предложения:
Девчонка, хныча и шебуршась, высунулась из вагона.
– Как тебя зовут? – спросил девчонку.
– Вера.
Я подал руку. Плаксивое создание спрыгнуло на песок, прислонилось спиной к вагону и, поджав ноги, зарыдало в полный голос. По лицу потекли слезы черными от туши следами. Что с ней делать? Что делать с собой? Как отвезти взгляд от белых ляжек?
В поисках ответов я огляделся.
– Тц-цццц! Тишина! – скомандовал я.
Девчонка заткнулась. Стало проще соображать, выстраивать мысли в логические цепочки, делать выводы и предполагать, но чего-то важного не хватало. Чего?
– Вот что, – сказал я Вере. – Пойдем за танком. Больше некуда.
Далее герой согласно текста идет непонятно куда с непонятной целью. Стройное как кипарис повествование превращается в многомудрое желе, которое невозможно комментировать.