'#81. Примечания : footnotes';
'Seo_FootnoteController_actionView';
'#seo_footnote_view';
id (статус) 548 (3)
Сортировка
Краткое название Бугурусланская тачанка
Полное название Бугурусланская тачанка, все четыре колеса
Идентификатор ссылки (англ.) buguruslanskaya-tachanka
Сайт asder.es
Смотреть на сайте https://asder.es/footnotes/buguruslanskaya-tachanka/
Метки музыка, история
Ключевое слово (главное) отсутствует
Время обновления 06-07-2025 в 17:26:09
Примечание к главе Следующие три дня
Время чтения: 3мин.
Слов: 406
Знаков: 5378
Описание (тег Descriptiion)
Строчка, которую напевает герой, отсылает к знаменитой советской революционной песне «Тачанка». Песня «Тачанка» была написана в 1937 году композитором Константином Листовым на слова поэта Михаила Рудермана
Метаданные
Комментарии отсутствуют
Примечания отсутствуют
Правка модели не осуществлялась
Ключевые слова:

не определены

Контент: 1112.
Панель:
Статус: 3 - Активен.
Cистемные проверки пройдены
Физический путь
/var/www/server_1/asder_es/static/origin/81/548.jpg
Владелец

www-data

UID: 33
Группа

www-data

GID: 33
Права доступа
0777
Read Write
Размер файла

145,605 КиБ

149,100 байт
Дата изменения

29-09-2025 в 00:21:36

Работа со ссылкой
buguruslanskaya-tachanka
Править идентификатор
/footnotes/buguruslanskaya-tachanka/
Редактировать ссылку
Текст

Строчка, которую напевает герой, отсылает к знаменитой советской революционной песне «Тачанка», ставшей одним из символов Гражданской войны и героического прошлого СССР.

История создания

Песня «Тачанка» была написана в 1937 году композитором Константином Листовым на слова поэта Михаила Рудермана. Несмотря на то, что создавалась она уже в межвоенный период, песня воспевает события Гражданской войны 1918-1921 годов и легендарные тачанки — конные повозки с установленными на них пулемётами, которые стали символом мобильности и дерзости Красной конницы.

Тачанка как военное изобретение появилась во время Гражданской войны и особенно широко использовалась в Первой конной армии Семёна Будённого. Эти импровизированные боевые машины представляли собой обычные крестьянские телеги или рессорные повозки, на которых устанавливались станковые пулемёты «Максим». Высокая маневренность позволяла тачанкам быстро появляться в нужном месте боя, наносить удар и так же стремительно исчезать.

Текстовые вариации

Интересной особенностью песни является наличие нескольких вариантов припева, в которых тачанка получает разные географические определения. В классическом варианте это «тачанка-ростовчанка», но существуют также версии с «тачанка-киевлянка», «тачанка-полтавчанка» и упоминаемая героем «Бугурусланская тачанка».

Бугуруслан — город в Оренбургской области, который во время Гражданской войны неоднократно переходил из рук в руки между белыми и красными. Именно в этих краях, в оренбургских степях, тачанки показали особую эффективность благодаря открытой местности, идеально подходящей для конных атак.

Культурное значение в 1990-е годы

К 1993 году, когда происходят события романа, песня «Тачанка» воспринималась неоднозначно. С одной стороны, она оставалась частью культурного кода старшего поколения, воспитанного на советских песнях о Гражданской войне. С другой стороны, в период крушения СССР и переосмысления советского прошлого, такие песни приобретали оттенок ностальгии по ушедшей эпохе.

Напевание героем этой строчки может указывать на его возраст (скорее всего, человек среднего или старшего возраста), социальное происхождение и отношение к советскому прошлому. В контексте 1993 года — времени политического и экономического кризиса — обращение к героическим образам Гражданской войны могло быть формой эскапизма или ностальгии по временам, когда идеалы казались более ясными.

Ритуальность действия

Важно отметить, что герой исполняет песню как часть ритуала — пинает колёса машины и напевает про «все четыре колеса». Это создаёт иронический контраст между героической тачанкой из песни и обыденной автомобильной реальностью 1990-х. Современная машина требует того же ритуального внимания к колёсам, что и легендарная боевая повозка, но романтика давно выветрилась из этого действия.

Такая деталь характерна для постсоветского сознания 1990-х, когда великие нарративы прошлого причудливо переплетались с прозаической повседневностью переходного времени.