22 марта 1996г.
пятница
Не успел пройти таможню, получил шквал смс от друзей: «Как дела? Во сколько ждать? Когда будешь...» и т.п.
Приехал в офис, столкнулся с весельем. Юрик ухмыляется. Пашка хихикает. Суровые девчонки с ресепшена – и те давят смешинки в глазах.
Поднялся к Жорику, сидевшему за столом:
– Ну что, Элеватор, как съездил?
– ...элеватор? – не понял я.
– Элеватор-бой, обычный. По нашему лифтер. – Жорик откинулся на спинку кресла. – Как переговоры прошли?
– Нормально. Договор подписан.
– Отлично. – Жорик хлопнул в ладони. – Надо отметить, но не сейчас! Тут горизонты ширятся, проекты мутятся. Не до тебя! Давай!
Я вышел из кабинета и столкнулся с Юриком, напевавшим:
– Elevator boy... going up and down...
– Иди ты!
Юрик пошел дальше.
Через десять минут вся Прома насвистывала «Элеватор бой*». Даже слова появились: «Элеватор, Элеватор, вверх и вниз, туда-сюда».
Идиоты.
Кличка «Элеватор» ко мне прилипла намертво. До этого друзяши за глаза называли Жуликом. Я как-то на пьянке потерзал Юрика с Пашкой: откуда кличка? Ответ оказался прост: внешне и по фамилии был похож на актёра Джулиана Сэндза*. Сэндз по-русски – Песков, Джулиан по-русски – Жулик. Логика студентов-физиков.
Но «Жулик» был камерной кличкой. Так меня называли ребята из общаги. А вот «Элеватор» – это уже на весь офис. На всю Прому.
С тех пор Романом Викторовичем меня называли только на совещаниях и в разговоре с глазу на глаз. В остальных разговорах я стал «Элеватор».
Друзья через пару дней стали звать Левой. Им без разницы – Элеватор или Лева, сто пудов мифистской соли съедено, но Лева короче. Ромой называли только девушки, с которыми недавно познакомился.
Элеватор – это круто, если подумать. Это махина, которая возвышается над степью! Элеватор видно издалека.