27 июня 1993г.
воскресенье
11-20
На утро самочувствие страдало. Я валялся в кровати, шевелиться в тягость. Изредка выбирался на кухню, заглядывал в шкапчик и холодильник, что-то жевал и чем-то обильно запивал, боролся с похмельной апатией, между делом прислушивался к посторонним телефонным разговорам. Жорка долго, нудно, с просьбами продиктовать, а потом еще раз повторить, договаривался о встрече с далеким Геннадием Ивановичем, убывшим на дачу и теперь объяснявшим, как туда попасть.
Уяснив предстоящий маршрут к садово-огородным делянкам, Жорик повесил трубку и пояснил суть переговоров: «Слышь, студент. Есть дела. Еще один лишенец нарисовался. Работает в ЖЭКе, а хочет министерскую зарплату и черную «Волгу» с номерными знаками серии МЕЧ. Не знаешь, откуда такие бакланы берутся?»
Я неопределенно зевнул и побрел на кухню. Жорик последовал за мной, и пока я оздоравливался кефиром, расписывал план совместных действий. Параллельно мастырил завтрак на двоих – бутерброды, омлет, кофе:
– Значит так. Я мчусь к Геннадию на дачу. Ты очухивайся потихоньку и вали в магазин. Купи нормальный телефонный аппарат. «Панасоник», запомнил? А то эта рухлядь забодала. И еще. Со следующей недели начнем общаться с солидными кексами. Поэтому купи утюг, гладильную доску и стиральную машину. Автомат, шведскую или немецкую. Итальянскую бери в крайнем случае. Просек? Да, и это, не забудь про кофемолку! Тоже зацепи. Молотый покупной выдыхается, зараза…
Жорик метался по кухне с туркой в руке. Я, позевывая, в такт метаниям качал гудящей головой.
– Эй!!!! Не спи, замерзнешь! Запоминай. Чтоб стиралка была с доставкой и установкой. С магазинами не парься. Иди туда, где видак с телевизором брали. Сегодня работают до трех, сделают в лучшем виде, я спрашивал. Называется «Импульс», улица Александра Невского. Помнишь? Так вот, мотай на ус первое правило покупателя – не меняй продавца до тех пор, пока тот не обосрался. Если покупка устраивает, возвращайся за следующей и оплачивай. Повторяй итерацию до первого обсера, потом думай. Все ясно? Лавэшки щас получишь. И это, не забудь. Вечером пойдем в ресторан. Подготовься. Нужен приличный вид и все дела. Отметим начало новой серии. Ты вчера какой-то вялый был.
Жорик достал из кармана увесистую пачку долларов, выцарапал полтора десятка купюр и протянул со словами:
– Без гусарства! Сдачу оставь на потом. В видеопрокате боевиков каких-нибудь зацепи. На завтра дел никаких не намечается. Посидим, покумекаем как жить дальше. Заодно кинчик позырим.
Откуда у Жорика появилась наличность, я даже гадать не стал. Голова трещала, но соображала – вымутил у давешней убиенной четверки, не зря барсетки тырил. Наверное, они – криминальные спортсмены-рэкетмены – являлись единственным источником Жоркиных доходов. А мне что делать? Как дальше жить?
Я вздохнул, закрыл за Жорой дверь, послонялся по квартире туда-сюда-обратно и оп! ощутил прилив сил.
Сунув доллары в карман, отправился за покупками, переполняясь чувствами. Никогда прежде столько денег в руках не держал, лишь в сладких мечтах спускал капитал на что-нибудь такое-эдакое невообразимое, никоим образом на стиральную машину и утюг не похожее. Не об утвари мечталось две недели назад и не о костюмах с галстуками. Хотелось погрузиться в пучину беспечного гламура… или не хотелось?
Я напрягся, вспоминая, о чем мечтал четыре года студенческой жизни, и ничего конкретного, осязаемого, покупаемого за доллары вспомнить не смог. Прежние фантазии были безвещественными. Тьфу…
В кармане лежали деньги, которые не мог потратить даже в мечтах неделю назад. Шаг на пути в новые реалии. Неведомые ощущения бодрили и освежали. Я помялся, потоптался, перекладывая деньги из одного кармана в другой. Потом пересчитал наличность – тысяча шестьсот баксов!!!! много больше миллиона рублей!!!! – сглотнул слюну, собрался с духом и зашел в магазин. Зашел, имея право называться натуральным миллионером, как мечталось всей жизнью ранее.
Э-эээ, в кармане лежали не мои деньги, но все же…
Намеченные Жориком покупки к четырем часам дня красовались в квартире. Радиотелефонный аппарат с автоответчиком марки «Панасоник» – на столе в большой комнате, гладильная доска с утюгом «Бош» – в коридоре, стиральная машина «Электролюкс» – в ванной.
Определив покупки на места, навел порядок в шкафу с одеждой, кинул в стиральную машину на пробу четыре пары носок и приступил к глажке рубашек, новеньких, на сгибах мятых. В седьмом часу подсел к телевизору, со стопки прокатных кассет взял верхнюю и загрузил в видак.
«Хороший. Злой. Плохой». Клинт Иствуд. Кажется, любимый Жоркин артист. О таком не слыхивал.
Вот Жорка точно не был злым. Хорошим или плохим? Вопрос….
Через два с половиной часа выяснилось, что Жора на усталого ковбойца не похож, совершенный антипод. Интересно, почему голливудские герои все как один немногословные мужики с холодными проницательными глазами? Я вспомнил актуальных героев из видеосалона – Арнольд Шварцнеггер, Сильвестр Сталлоне, Жан-Клод Ван Дамм и Майкл Дудиков. Молчуны и интроверты, не то что балабол и балагур Жорка. А вот и он, легок на помине. Ворвался в квартиру, зашумел, забурлил:
– Как? Еще не готов?! Елки-моталки! Давай, собирайся. Форма номер восемь, что надели, то и носим! Пулей! Полдевятого! Опаздываем как Фанни Каплан на электромеханический завод!
Пронесся мимо по комнатам, ванной и кухне:
– Стиралка ништяк! Агрегат что надо! А носки у тебя на выброс. Новых нет?
Промчался мимо еще раз.
Похоже, переодевался, ужинал и осматривал покупки одновременно. Я в пять минут нарядился натуральным повесой из Москвы – синий кашемировый пиджак, голубая рубашка в тон и блестящие черные штиблеты из-под брюк, отглаженных на загляденье – муха поранится о стрелки!
– А галстук? – спросил Жорик.
Перехватив мой удивленный взгляд, Жорик махнул рукой:
– Ладно. Сейчас повяжу, но последний раз, учись вязать самостоятельно. Пригодится.
Сам остался без галстука. Черные брюки, черная водолазка и красный пиджак.