Я закрыл глаза, намереваясь немного помечтать, представить другое настоящее, другую реальность. Вот перед носом шмякнулась граната. Если б был смелей и сообразительней, перевернулось бы всё по-другому! Теперь понятно, что господин во фраке мне помогал. Я, геройский герой, был призван улучить момент и бросить гранату в танкистов, пока пассажиры вагона утюжили пузами песок. Потом моим предназначением был захват танка в героическую собственность и рейд в центр местной войны. Чтоб сподручней было наступать и обороняться, собрал бы под свое командование таких же отчаянных смельчаков, как сам...
Невозможно такое... граната по-прежнему в кармане штанов, но ценности не имеет, сплошные неудобства.
Победить супостата со слов Антона не получится, ибо враг убитый наутро станет врагом живым, начинай сначала. Значит, обречен воевать веки вечные с врагами, которых не истребить. Быть хозяином судьбы и мудрым отцом-командиром – хорошо. Но стоит ли? Нет. Мне в тылу стократ лучше, чем генералу на поле битвы. Да и не способен я кидать гранаты точно в цель и управлять танком. Это Антон, очутившись без оружия в пустыне, мог добыть винтовку и устроить головомойку любому вояке. Это Антон, оказавшись на моем месте с гранатой против танковых легионов, способен чего-нибудь героического отчебучить. А я, вооруженный до зубов всем вооружением мира, мог сделать только одно – просрать вооружение ни за что. Грустно, зато правда.
Чего стесняться? Я – аутсайдер в любой борьбе за лучшую долю. Если бы здесь работали дарвиновские теории, давно бы помер.
Хм, несуразица.
Я много раз был на волосок от смерти, но везло. Черт побери, мне фантастически везло все время, пока пребывал здесь! Неспроста. Точно неспроста. Что-то за этим крылось! Надо что-то делать!
Я взъерошил волосы на голове и, сам не знаю зачем, направился к девчонке. Смутное желание пообщаться, перекинуться парой слов, просто глянуть в близкие глаза, толкнуло в ее сторону. Как только пересек линию на полу, девчонка приподняла голову. Увидела меня и вскочила испуганной кошкой, в руке невесть откуда возник метровый хлыст. Не успел сказать «Привет», как девчонка спрыгнула с кушетки и, помахивая орудием успокоения, встала в полный рост. Я сконфуженно ретировался на свою половину.
Длинноногая бестия улыбнулась, отбросила хлыстик в сторону и вернулась на место, бросая в мою сторону смешливые взгляды. Я, недоуменный, присел на диванчик и стал соображать, что бы это значило. Кажется, мне запрещалось входить на ее половину.
Что?
Она думала, будто я могу ее изнасиловать? Да на фиг она сдалась, кобыла стоеросовая. Я посмотрел на нее, смерив взглядом с головы до ног и обратно. Хех, тоже мне Мисс Огромный Белый Шар в Пустыне, два метра сухостоя. Девчонка странно глянула на меня, показала язык и отвернулась.
«Это что за детский сад? Обиделась, что ли?» – поразился я. Тоже отвернулся и спустя некоторое время сообразил, что она определенно читала мысли. Вот стерва долговязая. Из той половины прилетела и шмякнула по голове пестрая оттоманка. Точно. Читала мысли.
Я встал, прицелился и запустил оттоманку обратно, дико желая оказаться таким же точным и попасть в кошачье лицо. Попытка оказалась неудачной. Вскоре предоставился повторный шанс. Девчонка подобрала шлепнувшуюся рядом оттоманку и зашвырнула в мою сторону, вослед отправила подушку, два тапка и что-то еще, мною не замеченное. Я уворачивался от запускаемых предметов и по мере сил пулял назад. Вскоре она успокоилась и, разобиженная в пух и прах, улеглась на кушетке, предоставив возможность обозревать ее попку, чем я и воспользовался. А что? Извиняться, что ли, за свои непричесанные мысли? Как говорится, других не держим, а на обиженных воду возят.
А попка хороша! Жизнь отдам за такую!