9 - 19 августа 1993г.

Получилось лучше лучшего. Пока Жора, Верочка и Лев Моисеевич, компаньон из Израиля, катались в Хрякино и обратно, народ валил за дивидендами. Суета и давка хозяйничали в оперзале. Сотрудники не справлялись. Вкладчики нервничали. Кассир выдавала, выдавала, выдавала наличность. Я складировал полученные ваучеры, как грузчик в порту – безостановочно

За три дня расстались с девятью тысячами долларов. Предыдущие две недели Жорик конвертировал в доллары все поступавшие безналичные рубли, как объяснялось, про запас. Запасы кончились.

На утро четвертого дня я приехал в офис и обомлел. Коридоры ломились от посетителей. Это толпились, суетились, писались в очередь желающие стать золотыми акционерами. Народ повалил семьями и трудовыми коллективами. Я устал пересчитывать и складывать ваучеры.

В Жоркином кабинете с утра до вечера толпилась публика. На этот раз не чиновники с банкирами, а шустрые посредники, предлагавшие приватизировать то или иное госимущество. Я в Жорины дела не влезал. Решал другую проблему.

Вкладчики помимо ваучеров тащили денежные средства пакетами и коробками. Средства штабелировались в Жоркином сейфе брикетами, сейф оказался не безразмерным. Начали укладывать в коробки из-под бухла с предыдущих пьянок. Жорик глянул на распечатки прихода  и резюмировал:

– Бабла выше крыши. На приватизацию хватит с излишком. Надо покумекать, как грамотно распорядиться оставшимися барабульками. Пока будем сливать наличман пучеглазому.

Заметив мое непонимание, Жорик пояснил, что Вадим занялся обналичкой по взрослому. Ставки средние по рынку – от десяти до пятнадцати процентов. Мы будем скидывать ему наличность и  получать взамен сто семь процентов от сданной суммы на безналичный счет. К тому же не дело хранить деньги в сейфе. Не дай бог Чича узнает. С него станется. Устроит налет, дебил узколобый.