#1-Сознание включалось медленно. Правка

'#11. Треды и сообщения : threads';

'Forum_ThreadController_actionUpdate_';

'#forum_thread_update';

Сознание включалось медленно. Правка

Активен

Почистить кэш тредов Экспресс-правка Разметка ред. Summernote ред. Quill ред. CKEditor ред. Trumbowyg ред. Imperavi ред. Jodit

Текст

Текст

Внимание! Дальнейший текст содержит нецензурную лексику.
Отредактированный вариант текста &ndash; <a title="здесь" href="https://asder.es/texts/roman-peskov/tom-i/soznaniye-vklyuchalos-medlenno-2">здесь</a>.
<hr>
Сознание включалось медленно. Сколько прошло времени &ndash; непонятно. Может минута, может час. Головокружение сменялось омутом забытья, блески видимого перемежались колыханием мнимого и обратно. Реальность вернулась нескоро. Вернулась звуками родимой речи.
&ndash; Пиздец! Бля буду, и этот сучий потрох без курева!
Меня обшарили. Кто &ndash; я не видел, зажмурился. Когда обшаривание прекратилось и матерившийся, судя по звуку шагов, удалился, я приоткрыл глаза.
Ага! Парниша с ручным пулеметом в левой руке склонился над бородачом из джипа&nbsp; матерясь:
&ndash; Вот же ж ёбтвоюмать нахуй ёбанаврот! Где ж у них сигареты? Ебическая сила! А! Должны же быть! Ебана муха! Должны быть! Бля! Бля! Бля! &ndash; прошла минута, а он все матерился... вдруг... хоп!
Из голенища сапога, принадлежавшего бородатому, выскользнула пачка сигарет и шмякнулась на гальку. Парниша не заметил. Обшарив бородатого, заглянул под джип. Поворочал железки, шлепнул кулаком по колесу и в прострации, лунатически присел на камень, подперев обеими руками голову.
Я шевельнулся, попытавшись встать. Парниша среагировал на шорох, в движение направил на меня пулемет.
&ndash; Не стреляй! &ndash; испуганно крикнул я.
&ndash; По-русски пиздишь? &ndash; удивился он.
&ndash; Да.
&ndash; Откуда такой нарядный?
&ndash; Из Москвы.
&ndash; Земеля значит. Давно?
&ndash; Со вчера.
&ndash; Свежачок. Какой там год?
&ndash; Девяносто третий.
&ndash; Нехуево, &ndash; парень в три осторожных шага подошел ко мне, перевернул на живот. Наверное, как и предыдущий воитель, оценивал качество петли, стянувшей запястья.
Точно, так и было.
Парень пробурчал под нос:
&ndash; Ништяк запиздяшили.
Я тяжко вздохнул. Парень спросил:
&ndash; Курить есть, братиш?
&ndash; У меня нет, там есть.
&ndash; Пиздишь? &ndash; встрепенулся он. &ndash; Где?
&ndash; У бородатого. Под бородатым.
Парень в момент оказался у джипа, пинком сдвинул тело в сторону и радостно оскалился, обнаружив пачку сигарет:
&ndash; Есть на жопе шерсть!
Вернувшись ко мне, пристроился на валунчике напротив, вытянул ноги и растягивая удовольствие закурил.
&ndash; Охуительно, бля, &ndash; выдохнул он, выпуская кольца дыма изо рта. &ndash; Вещь! Есть кайфовые денечки, которые хочется прожить бесконечно. Полгода назад, бля, добыл пачку &laquo;Смерти на болоте&raquo; и чуть соплями от счастья не захлебнулся, пока не скурил. Ахуенская вещь!
&nbsp;
Через полминуты парень покосился в мою сторону и пояснил:
&ndash; Это сигареты такие специальные, военные. Понял, чадо?
&ndash; Понял! Слушай, а может развяжешь?
&ndash; С хуя ли? &ndash; спросил парень, не отрывая глаз с тлеющего кончика сигареты.
&ndash; Неудобно же.
&ndash; Неудобно шубу в трусы заправлять и слониху ебать без стремянки. Остальное все удобно. Так что не еби муму, Герасим. Всё заебца.
&laquo;Во жлоб&raquo; &ndash; подумал я.
&ndash; На хуй ты мне сдался? &ndash; продолжил парень. &ndash; Развяжу тебя, а ты меня булдыганом ухуячишь. В пизду такие развязывания. Лежи и не отсвечивай.
&ndash; Да ничего я тебе не сделаю. Отпусти, а? &ndash; взмолился я.
&ndash; Конечно не сделаешь... пока связанный. Так какой сейчас год, говоришь?
&ndash; Девяносто третий.
Парень хмыкнул, докурил сигарету до фильтра, закурил от нее следующую, щелчком отправил окурок в сторону джипа. Я поерзал и, устроившись поудобней, осмотрел его странный вид.
На одной ноге был короткий сапог со шнуровкой сбоку, серый от пыли и стоптанный, на второй красовалась кроссовка &laquo;Найки&raquo;, тоже серая и стоптанная, с проволокой вместо шнурков. Бледно-зеленые штаны, порванные во многих местах, были похожи то ли на дырку со вставками, то ли на устройство для проветривания нижних конечностей. Завершался наряд накинутым на голый торс выцветшим бронежилетом с надписью SWAT на пузе. Тело было сухим и жилистым. Левой рукой, замотанной грязными бинтами, он придерживал ручной пулемет. В правой тлела сигарета. Волосы, выгоревшие добела, топорщились короткошерстым ежиком. Лицо с облупленным носом, усеянным веснушками, было лицом пацана-хулигана из соседней подворотни. Откуда он взялся?
Когда разглядывание надоело, я предпринял очередную попытку подняться. Поразительно, но получилось.
Сопровождаемый насмешливым взглядом, я встал на ноги и огляделся. Пейзаж предстал таким же гнусным, как и при разглядывании лежа &ndash; камни, камни и камни вокруг. Впрочем, у самого горизонта простирались пески. Привезли меня из тех краев. Я посмотрел в противоположную сторону. Оттуда доносились звуки боя &ndash; одиночные выстрелы, автоматные очереди, стрекот пулеметов и уханье артиллерии.
&ndash; Смотришь куда съебофонить? Ну-ну, &ndash; усмехнулся парень.
&ndash; А что?
&ndash; Не еби чердак, пацанчик. Смехуечки с пиздахаханьками кончились. Я здесь с восемьдесят третьего шароеблюсь, десять лет. Никаких путей назад не обнаружил.
&ndash; Ммм... М-да... Что за место?
&ndash; Хуй знает, товарищ ефрейтор. Единственное, что понял &ndash; это самая большая жопа. Докладываю &ndash; конкретная жопа, на века.
&ndash; Как на века?
&ndash; Ну, так, безвылазная жопа. Пиздец, одним словом.
&ndash; Не может быть.
&ndash; Здесь все может быть. Да ты пригнись, а то заметят еще, угандошат. Внимание лишнее ни к чему.
Я послушно присел рядом. Парень покосился на мои связанные руки, прикурил третью сигарету, выпустил бодрый дым колечками, поинтересовался:
&ndash; Тебя как зовут?
&ndash; Рома.
&ndash; Меня Антон, а вон того ебланчика Тишкой. &ndash; Антон кивнул в сторону камней, возвышавшихся метрах в ста от нас.
Никого я там не заметил, но на всякий случай пробормотал:
&ndash; Очень приятно.
&ndash; Да, Рома, &ndash; продолжил Антон, пустив очередной паровозик из дыма. &ndash; Оказался ты в такой жопе, что и представить нельзя. Более педерастического места не найти. Помнишь, как здесь оказался?
&ndash; В метро ехал.
&ndash; Че?
&ndash; В метро ехал.
&ndash; Ахуеть. Долбоебестический способ, нечего сказать. В первый раз такую хуесрань слышу. А я с войны сюда попал. Про Афган слышал?
&ndash; Конечно.
&ndash; Че конечно? Че ты мог слышать, ебаный стоц? У вас хуе-мое-пусечки в газетах пишут, сады дружбы, ебиомать, а мы на танках духов гоняем. &ndash; Антон ухмыльнулся. &ndash; Хех, про Афган он слышал, сынок. По радио Бибиси?
Антон замолк, принялся насвистывать мотивчик &laquo;чинк-чинк-чингисхан&raquo;. Разглядывал кольца дыма, выпускаемого в такт, и о чем-то думал.&nbsp;
Третья сигарета дотлела до фильтра. Антон щелчком отправил окурок в сторону, высыпал из пачки сигареты, разложил на валуне, выровнял и два раза пересчитал. &laquo;Всего-навсего восемь штучек, бля,&raquo; &ndash; вздохнул и закурил четвертую сигарету. Оставшиеся семь вернул обратно в пачку фильтром вниз.
Выпустив одно за другим пять никотиновых колец, Антон сунул пачку в карман на жилетке, туда же отправил зажигалку, потер ладони об штаны, печально глянул в небо и заключил:
&ndash; Жизнь &ndash; хуйня. Смерть &ndash; поебень. Но мы живем и всех ебем.
Я тоже посмотрел вверх. Ничего, что могло поспорить с Антоном, там не было. Коричневые облака и красные прогалины между ними. Я сочувственно вздохнул в унисон умозаключения, созвучного моему мироощущению.
&ndash; И вообще, все в этом мире &ndash; хуйня и поебень, &ndash; Антон довел мысль до логического конца. &ndash; Хочешь узнать, как я здесь оказался?
&ndash; Ага! &ndash; я поспешно согласился в надежде, что Антон в конце повествования развяжет благодарного слушателя.
&ndash; Тогда слушай сюда. Все равно делать нехуя. Э-э&hellip; Чего это я?&hellip; А, вспомнил. В общем, так&hellip;