Упоминание в романе о том, как региональные предприятия «боялись безнала как черт ладана со времен чеченских авизо», отсылает к одной из самых масштабных финансовых афер в истории России, нанесшей колоссальный ущерб банковской системе страны.

Что такое авизо и как возникла возможность мошенничества

Авизо — это банковский документ, уведомляющий о совершении операции по счету. Кредитовое авизо означает зачисление средств на счет, дебетовое — списание. В начале 1990-х годов авизо использовались для межбанковских расчетов и представляли собой обычные бумажные документы без серьезной системы защиты.

Возможность проведения масштабных афер появилась в период реструктуризации банковской системы, когда создавались расчетно-кассовые центры (РКЦ) Центрального банка России. Парламентская комиссия позднее критиковала ЦБ за то, что организованная им структура РКЦ «разорвала связь между реальным отправителем денег и их получателем, создав своеобразную черную дыру».

Банковская система советского образца оказалась абсолютно не готова к такой элементарной, но эффективной махинации. Клиринг в банках проводился с периодичностью в месяц, квартал или даже год, что давало мошенникам достаточно времени для обналичивания и сокрытия похищенного.

Механизм мошенничества

Схема была поразительно проста. Мошенники договаривались с сотрудником банка, который печатал авизо на определенную сумму и отправлял его в Центральный банк или один из специализированных банков (Промстройбанк, Соцбанк, Агропромбанк). После этого оставалось только получить деньги.

Журнал «Коммерсантъ» в 1992 году описывал типичную схему: в московское предприятие приходил «гонец» с незаполненным бланком авизо и предлагал за определенный процент от наличности перевести на банковский счет предприятия значительно большие безналичные суммы. В поле зрения чеченских «финансистов» попадали клиенты банков, которые могли оперировать крупными наличными средствами.

Бывший депутат и предприниматель Артем Тарасов вспоминал слова представителя грозненского филиала банка «Исток» Аслана Дидигова: «Мы пишем бумажку, она идет в банк. Получаем два грузовика наличных и везем их прямо домой, в Грозный».

Масштабы аферы

Цифры ущерба поражают воображение. По данным газеты «Коммерсантъ», только за 1992 год из Центробанка было похищено более 600 миллиардов рублей. Пресс-релиз Главного управления ЦБ России по Москве от сентября 1995 года сообщал, что с декабря 1992 по сентябрь 1995 года в московских РКЦ было выявлено около 2900 фальшивых авизо на общую сумму более 800 миллиардов рублей.

Особенно активно фальшивые авизо использовались в Чечне. По данным МВД, за 1992-1994 годы из девяти чеченских банков поступило 485 фальшивых авизо на сумму 1 триллион рублей. Всего было возбуждено 250 уголовных дел по факту использования 2,5 тысячи фальшивых авизо на сумму более 270 миллиардов рублей.

В обналичивании похищенных сумм участвовало 892 банка и 1547 предприятий в 68 регионах России. Журнал «Огонек» отмечал, что за 1991-1992 годы в Чечню было вывезено 400 миллиардов рублей наличными: «физически эта масса денег имела такие объем и вес, что их вывозили из московских банков мешками на грузовиках — тысячами мешков».

Участники аферы

Фальшивые авизо широко использовали чеченские организованные преступные группировки, в частности Лазанская ОПГ, а также представители режима Джохара Дудаева. Сам Дудаев позднее говорил, что он «отправлял разные бумажки, а взамен ему привозили самолеты с мешками денег».

В аналитической справке МВД от 1995 года приводились данные о национальном составе привлеченных к уголовной ответственности: из 417 человек было 99 русских, 151 чеченец и 26 ингушей. Это опровергает представление о том, что афера была исключительно «чеченской» — в ней активно участвовали представители разных национальностей.

Как отмечал журналист Юрий Щекочихин: «Да взять те же фальшивые авизовки, которые принесли России ущерб на два триллиона рублей в ценах 92-го года. Их называют "чеченскими", но, уверен, невозможно было бы провести эту операцию без российских, московских банковских структур».

Борьба с мошенничеством

С июня 1992 года Центробанк начал активную борьбу с хищениями, устанавливая более строгие правила проверки поступающих авизо и запрашивая подтверждающие документы. Был введен запрет на расчеты с учреждениями Банка Чечни.

Как вспоминал первый заместитель председателя ЦБ РФ Арнольд Войлуков: «Вначале мы каждое такое авизо передавали в следственные органы, потом они пошли таким потоком, что мы только успевали записывать данные о них. И передавали дела в милицию целыми списками».

Параллельно разрабатывались технические меры защиты. В 1992-1993 годах была внедрена криптографическая система защиты телеграфных авизо в 1800 расчетно-кассовых центрах ЦБ РФ. Использовались шифраторы «Электроника МК-85С» и специальное программное обеспечение «Криптоцентр-авизо».

В сентябре 1993 года в РКЦ Москвы была внедрена система электронно-цифровой подписи «Блиц», обеспечивающая персональную ответственность подписавшего авизо сотрудника. К концу 1993 года проблема фальшивых авизо была в основном решена.

Последствия для экономики

Председатель Счетной палаты России Сергей Степашин отмечал, что «ущерб от махинаций с фальшивыми авизо эквивалентен сумме тогдашних невыплат шахтерам, предприятиям ВПК, военным, учителям». Деньги от фальшивых авизо шли не только на «респектабельную» деятельность по созданию криминализированных банков, но и на содержание «киллерских» команд, подкуп чиновников и сомнительные сделки по приобретению производственных мощностей.

По мнению экспертов, махинации с фальшивыми авизо способствовали захвату целых отраслей промышленности. В качестве примера приводится установление контроля братьев Михаила и Льва Черных к середине 1990-х годов над черной и цветной металлургией. В материалах Следственного комитета МВД отмечалось, что братья Черные расплачивались за металл деньгами, обналиченными по фальшивым авизо, на сумму более 10 миллиардов рублей.

Влияние на доверие к безналичным расчетам

Афера с чеченскими авизо имела долгосрочные последствия для российской экономики. Она подорвала доверие к безналичным расчетам, особенно в регионах. Многие предприятия и организации предпочитали работать исключительно с наличными деньгами, считая их более надежными.

Именно на это недоверие и ссылается автор романа, описывая ситуацию 1996 года: региональные предприятия «боялись безнала как черт ладана со времен чеченских авизо». Это недоверие сохранялось долгие годы и затрудняло развитие современной банковской системы в России.

Афера с фальшивыми авизо стала одним из символов хаотичных 1990-х годов, когда слабость государственных институтов и несовершенство правовой системы создавали благоприятную почву для масштабных финансовых махинаций. Последствия этого кризиса доверия ощущались в российской экономике еще долгие годы.