Богдан Петрович Титомир (род. 16 марта 1967) — советский и российский рэп-исполнитель, ставший одной из самых ярких фигур отечественной попсы начала 1990-х годов. К 1993 году, когда происходят события романа, его звезда начала закатываться, что и отражает ироничное прозвище персонажа.

Взлет и падение «первого русского рэпера»

Титомир начал свою карьеру в составе экзотик-поп-дуэта «Кар-Мэн», созданного в октябре 1989 года вместе с Сергеем Лемохом. Дуэт стал настоящим феноменом советской попсы рубежа 1980-90-х годов благодаря хитам «Париж, Париж», «Лондон, гуд-бай!» и «Чио-Чио-сан». Их образ — кожаные куртки-«косухи» и джинсы-«пирамиды» в стиле Depeche Mode — стал культовым для молодежи того времени.

После распада дуэта в апреле 1991 года Титомир начал сольную карьеру, подписав контракт с продюсером Сергеем Лисовским на сумму около миллиона долларов. Его рэп-композиция «Делай как я» (1991) стала настоящим «гимном поколения», как назвал её ведущий «МузОбоза» Иван Демидов. Этот трек, снятый на заводе клипмейкером Михаилом Хлебородовым, определил имидж Титомира как «первого русского рэпера».

«Титан Байконур» — отсылка к последнему триумфу

Прозвище «Титан Байконур» имеет двойной смысл. С одной стороны, это отсылка к последнему выступлению Титомира от имени дуэта «Кар-Мэн» на космодроме Байконур 12 апреля 1991 года в честь Дня космонавтики, где он исполнил легендарную песню «Париж, Париж». Это был символический финал эпохи «Кар-Мэна» и начало сольной карьеры.

С другой стороны, слово «Титан» в контексте 1993 года звучит иронично — к этому времени Титомир уже не был тем «титаном» российской эстрады, каким являлся в начале десятилетия. После выпуска альбома «Самая большая любовь» в 1995 году артист переживал кризис популярности.

В 1996 году, после президентских выборов, он уехал в Майами, где прожил около трех с половиной лет, занимаясь продюсированием бруклинских рэперов и певицы Марии Вишневской. Его время массовой популярности осталось в прошлом — теперь он ассоциировался скорее с ностальгией по началу 1990-х.

Противопоставление «русской попсы для села» и «городского импорта» в реплике персонажа отражает реальную ситуацию середины 1990-х, когда отечественные поп-исполнители начала десятилетия стали восприниматься как устаревшие на фоне западных хитов, заполонивших российские радиостанции и телеканалы.