«Стинол» — марка холодильников, производившихся на одноименном заводе в Липецке. Название происходит от акронима «сталь из Новолипецка», указывающего на связь с Новолипецким металлургическим комбинатом (НЛМК), на базе которого был создан завод.
Завод «Стинол» был основан в 1988 году. Строительство началось в 1989 году, а 2 июля 1993 года состоялось официальное открытие предприятия. Таким образом, на момент событий романа завод только начинал свою деятельность и представлял собой одно из первых успешных совместных предприятий новой России с западными партнерами — итальянской компанией Merloni (позднее переименованной в Indesit).
Первым директором «Стинола» был Александр Наумович Фрудкин, руководивший предприятием с 1988 по 1995 год. Под его руководством было налажено производство первых семи моделей холодильников.
Трехкамерный холодильник «Стинол», упомянутый в тексте, являлся новинкой для российского рынка начала 1990-х годов. Подобные модели отличались от стандартных двухкамерных холодильников наличием дополнительного отделения с регулируемым температурным режимом. Это было существенным улучшением бытовой техники по сравнению с советскими холодильниками.
К 1996 году завод вышел на проектную мощность — 1 миллион бытовых холодильников и морозильников в год, заняв около 40% российского рынка. Холодильники «Стинол» быстро приобрели популярность благодаря доступной цене, современному дизайну и надежности. Для многих россиян того времени покупка такого холодильника была признаком определенного достатка и стремления к европейскому качеству жизни.
Появление в романе холодильника «Стинол» в 1993 году отражает характерные черты того периода: стремление людей к обновлению быта, появление новых возможностей потребления и одновременно — сложности с обустройством жилья (отсутствие подходящей мебели, как в случае с кухонным столом в тексте).
Во время финансового кризиса 1998 года продажи «Стинола» резко упали — с 92 тысяч до 15 тысяч единиц в месяц. Позднее завод был приобретен международной корпорацией Whirlpool, но бренд «Стинол» продолжал существовать, став одним из символов российской промышленности 1990-х годов.