| Полное название | Пробуждение было неприятным |
|---|---|
| Идентификатор ссылки (англ.) | probuzhdeniye-bylo-nepriyatnym |
Пробуждение было неприятным, мучительным и гадким. Пузо – егозя, бурля и пучась – требовало опорожнения, а горло коробила гнилая отрыжка. Фу! Фу! Фу!
Хм.
Наткнулся взглядом на синюю перегородку в углу комнаты.
Хм-хммм два раза! Вчера ее не было.
Заинтригованный подошел к перегородке, потрогал. Ощутил на ладони шершавость пластика. Задумался: «Откуда, из чего, из какого небытия возникают осязаемые вещи? Что творится со мной?»
Ответ найден не был.
Я не расстроился. Махнул рукой и заглянул за перегородку. Ничему не удивился, обнаружив сверкающий унитаз. «Дорога ложка к обеду» – подумал я, уселся, сосредоточился и… что такое? Заметил сиреневый клочок бумаги, торчавший из стены.
Что за эклога*?
Потянул за клочок и вытащил полметра туалетной бумаги. Это показалось очень интересным, даже забавным. За минуту с небольшим я вытянул наружу метров сто мягчайшей бумаги, после чего она кончилась. «То-то же!» – подумал я и стал прикидывать, как бы засунуть ее обратно. Ничего не прикинулось, не придумалось. Невероятно, но это так – в стене никаких щелей, отверстий и тому подобного не было. Стена оставалась ровной и гладкой, без изъяна, как кожа на попке трехлетнего ребенка. Покумекав так и эдак, я махнул рукой. Часть бумаги использовал по назначению, остальное задвинул ногой за унитаз и, довольный собой, вышел из-за перегородки, обозначавшей туалет.
Журчание воды в ванне настроило на оптимистический лад. Тело зудело, пахло и чесалось, и я знал, как ему помочь – принять ванную!
Взял со стола кувшинчик, отхлебнул сок , скинул одежду и бухнулся в ванну.
Ох! Похорошело в момент.
Мылся долго, сосредоточенно, с огромным удовольствием. Когда кожа приобрела бледно-розовый цвет и от соприкосновения с ладонью стала потрескивать, я охнул, ухнул и вылез из ванны. Оглядевшись в поисках полотенца и не найдя ничего похожего, вытерся футболкой, то есть смахнул капли воды с фасада. Остальное оставил на потом, вспомнив термодинамику* и прочее, изучавшееся на младших курсах. Махнул рукой: «Само испарится!»
Хорошо!
Я растянулся на диванчике. Не глядя, нашарил на столе фрукт – им оказался абрикос – и, задумчиво жуя, уставился в потолок. Захотелось основательно поразмышлять о творящихся чудесах, подытожить прожитые деньки, сделать далекоидущие выводы и все такое...
Не тут то было. Принявшее горизонтальное положение тело обуялось ленью, истома обволокла сознание... пришлось вздремнуть.
| Полное название | Хорошо лежать чистым, сытым и задумчивым |
|---|---|
| Идентификатор ссылки (англ.) | khorosho-lezhat-chistym |
Хорошо лежать чистым, сытым и задумчивым, как Индиана Джонс* в конце фильма. Забыв несчастья и напасти, размышлять на досуге: «Что дальше? Какое приключение на очереди?»
Я вспомнил голос, приведший сюда. Это место страданий? Ха-ха-ха! Я годы готов страдать на этом диване, лишь бы фрукты не кончались, ванна пенилась и девчонка улыбалась иногда. Если другой сюрприз наготове – не возражаю. Выкатывайте!
Заслужил, отмаялся.
Погасив отрыжку, переложился на бок.
Что за место? Почему и зачем?
Начал пересобирать воспоминания. Вагон. Пески. Танкисты. Граната. Мысль о спасении, заставившая брести непонятно куда. Мужики в униформе. Если верить байкам Антона, везли на рудники ворочать камни. Не довезли. Джип взорвали, я стал вольным, пусть и связанным. Да, мне везло со страшной силой, но чудовищное везение не ценил. Перетер веревки и уснул. Наутро обуяла жажда деятельности. Я клокотал энергией и поперся неизвестно куда. С подобным прежде не сталкивался. Сколько помнил себя, был сомневающимся неврастеником*, разумным трусом, но в тот момент обратился в бесстрашного идиота. Точно. Меня посетила уверенность олигофрена*. Способность думать, анализировать и предвидеть – труха и пыль по сравнению со спонтанным решением дурака: «Делай так и баста!»
Как такое возможно?
Я всю жизнь комплексовал по любому поводу. Я боялся, мучился и страдал, сомневался в себе и в других, ни во что не верил и во всем не был уверен, но случилось странное. Кто-то переключил рубильник, и в череп подали постоянное напряжение вместо переменного. Я помнил момент, когда встал, посмотрел налево, направо, вперед, назад и, ничуть не колеблясь, решил: «Туда!» Это стало возможным под влиянием извне, уверен в этом. Как и в том, что та же внешняя сила мигнула из-за горизонта проблеском то ли водоема, то ли еще чего непонятного, эфемерного, как закатный бриз в Гонолулу, где никогда не был. Но, черт побери, я попер в ту самую Гонолулу. Я забрел в пески, где в очередной раз потерял силы и разум, приготовился расстаться с жизнью. Что помешало?
Вспомнил. Рыжая тетка, которой я понравился…, то есть, которой понадобились мои штаны. Еще помешал я сам, увеличенный в сотни раз. Все произошедшее до той поры можно криво и неубедительно интерпретировать, но это... Этого быть не могло, потому что не могло быть никогда. Я галлюцинировал, башня съехала. Потом приехала обратно.
Я погладил себя по голове. Признаков ментальных разрушений не обнаружил, вернулся к воспоминаниям. Сытый живот помогал неспешному обдумыванию приключений.
Какие следовали выводы? Никаких, кроме того, что перед фруктовой комнатой, три раза чуть не сдох от жажды и усталости, десять раз напугался до смерти и один раз чуть не окочурился от отчаяния и обиды – когда в клетке оказался. Вот самые сильные чувства, испытанные в два крайних дня. Еще терзался чувствами помельче: отвращением, недоумением, испугом, прочими реакциями организма. Натерпелся, настрадался, и после этого заявляют: «Вот место твоих страданий».
Ха! Нечего сказать. Я готов страдать подобным образом сколь угодно, лишь бы не бродить самоуверенным поленом по пустыне.
Так?
Так!
| Идентификатор ссылки (англ.) | glaza-otkrylis |
|---|---|
| Статус: | Черновик |
| Идентификатор ссылки (англ.) | oxytocin |
|---|---|
| Статус: | Активен |
Описание:
Окситоцин — гормон и нейромедиатор, влияющий на любовь, привязанность, доверие и эмпатию. Выделяется при контакте, вызывая чувство близости и снижая тревогу. Участвует в снижении стресса и социальном распознавании.
В тексте упоминается окситоцин как вещество, вызвавшее головокружение. Это не случайно, ведь окситоцин действительно играет важную роль в формировании чувств влюбленности и привязанности.
Окситоцин – это пептидный гормон и нейромедиатор, вырабатываемый в гипоталамусе и высвобождаемый задней долей гипофиза. Он состоит из девяти аминокислот. Хотя окситоцин известен прежде всего своей ролью в физиологии у женщин, его функции гораздо шире и охватывают социальное поведение и эмоциональные связи.
Окситоцин часто называют "гормоном любви" или "гормоном объятий" из-за его влияния на формирование доверия, эмпатии и привязанности. Исследования показывают, что уровень окситоцина повышается во время физического контакта, такого как объятия, поцелуи и секс. Этот гормон способствует укреплению связей между партнерами, родителями и детьми, а также между членами социальной группы.
В контексте влюбленности, всплеск окситоцина может вызывать чувство глубокой связи, близости и желания быть рядом с объектом симпатии. Он может способствовать снижению чувства тревоги и страха, создавая ощущение безопасности и комфорта в присутствии любимого человека.
Помимо своей роли в социальных взаимодействиях, окситоцин участвует и в других физиологических процессах:
| Идентификатор ссылки (англ.) | pikasso-kubizm |
|---|---|
| Статус: | Активен |
Описание:
Пабло Пикассо и кубизм: история возникновения революционного художественного течения, основные периоды развития, принципы геометризации формы и влияние на искусство XX века. Подробная справка о творчестве основоположника кубизма.
Пабло Пикассо (1881-1973) — испанский и французский художник, один из основоположников кубизма наряду с Жоржем Браком и Хуаном Грисом. Кубизм стал революционным художественным течением начала XX века, радикально изменившим представления об изобразительном искусстве.
Кубизм (от французского cubisme, от cube — куб) — течение в западноевропейском искусстве, связанное с концепциями модернизма. Название возникло случайно в 1908 году, когда критик Луи Воксель назвал художника Жоржа Брака «смелым человеком, презирающим форму, сводящим все, места, фигуры и дома к геометрическим схемам, к кубам».
Основная идея кубизма заключалась в стремлении выявить геометрическую основу изображаемых предметов, разлагая их на составляющие элементы — плоскости и линии — и организуя в новую форму. Художнику удавалось изобразить объект одновременно с разных сторон, используя множественность точек зрения и принцип симультанности (одновременности).
Пабло Руис-и-Пикассо родился 25 октября 1881 года в Малаге, Андалусия. Полученное им при крещении имя — Пабло Диего Хосе Франсиско де Паула Хуан Непомусено Мария де лос Ремедиос Сиприано де ла Сантисима Тринидад Мартир Патрисио Руис-и-Пикассо — одно из самых длинных в истории искусства.
Художественное образование Пикассо получил в Барселоне и Мадриде, но уже в 1900 году переехал в Париж, где и произошло его знакомство с будущими соратниками по кубистическому движению.
Своеобразным живописным манифестом кубизма стала картина Пабло Пикассо «Авиньонские девицы», написанная в 1907 году. Это произведение вызвало скандал и считается поворотным моментом в истории искусства. Картина была вдохновлена старинной скульптурой Иберии и африканскими масками, которыми в то время интересовался Пикассо.
В мае 1907 года, посетив парижский Этнографический музей, Пикассо был поражен масками народов Африки, Океании и Полинезии. Магический взгляд на предмет, отражающий его суть, а не внешний вид, стал основой нового художественного языка. Изображенный таким образом человек превращался в идола с ритуальной маской вместо лица.
История кубизма традиционно делится на три основных этапа:
Период, предшествующий утверждению кубизма как творческого метода. Название подчеркивает преемственность от искусства французского живописца Поля Сезанна. Девизом «ранних кубистов» стали слова Сезанна: «Трактуйте природу посредством цилиндра, шара, конуса…»
В этот период Пикассо уделяет особое внимание превращению форм в геометрические блоки, увеличивает и ломает объемы, рассекает их на плоскости и грани. Традиционное африканское искусство подпитывало воображение и вдохновение ранних художников-кубистов.
Название «аналитический кубизм» придумал Хуан Грис. В этот период формы кувшинов, тарелок и кружек дробились на мелкие грани; поверхность стола и драпировки «выворачивались» параллельно картинной плоскости. Форма предметов раскрывалась одновременно с нескольких сторон, снаружи и изнутри.
Изображение простых, обыденных вещей позволяло сосредоточить внимание на форме предмета и его структуре. Живопись становилась почти монохромной — использовалась ограниченная палитра коричневатых, зеленоватых и охристых тонов. Перспектива исчезала, и картины Пикассо зачастую сводились к сложным визуальным ребусам.
Формальный предел аналитического кубизма вызвал реакцию: стремление художников восстановить целостность художественной формы и гармонию композиции на основе разработанных ранее приемов. Так возник синтетический кубизм.
Пабло Пикассо и Жорж Брак начали вклеивать в холсты куски газет, картон, фольгу. Цветные пятна различной фактуры соединяли с обрывками надписей, цифрами, нотными знаками, орнаментом обоев. Живопись превращалась в декоративную графику или своеобразную «плоскостную пластику». Эта техника получила название коллаж.
В композициях появилась «кубистическая тайнопись»: зашифрованные номера телефонов, домов, обрывки имен возлюбленных, названий улиц, кабачков — атрибуты, присущие образу жизни художественной богемы начала века.
Кубизм отверг традиции натурализма и изобразительно-познавательную функцию искусства. Основные принципы движения:
Взгляд зрителя как бы путешествовал внутри концептуального пространства, созданного художником. Возникала более сложная, чем в системе классической прямой перспективы, пространственно-временная структура изображения.
Кубизм радикально изменил подходы к изображению человеческой фигуры. Тело разбивалось на геометрические плоскости, углы и грани. Пикассо создавал образы, где человеческая фигура состояла из острых углов, вогнутых и выпуклых поверхностей, напоминая скульптуры из кубиков или геометрических блоков.
Особенно это заметно в женских портретах Пикассо периода аналитического кубизма, где лица изображались одновременно в фас и профиль, а тела превращались в конструкции из пересекающихся плоскостей. Художник стремился показать не внешнее сходство, а внутренную структуру и множественность восприятия человеческой формы.
С 1917 года Пикассо активно сотрудничал с труппой «Русский балет» Сергея Дягилева, оформив шесть балетов. Наиболее знаменитым стал скандальный балет «Парад» (1917), созданный в содружестве с композитором Эриком Сати и либреттистом Жаном Кокто.
Премьера «Парада» 18 мая 1917 года в театре Шатле вызвала грандиозный скандал — публика кричала «Русские боши, долой русских, Сати и Пикассо боши!». Дело дошло до потасовки, но этот скандал значительно способствовал росту популярности Пикассо в широких кругах парижского общества.
Кубизм оказал исключительное влияние на развитие изобразительного искусства XX века, распространившись далеко за пределы живописи — на скульптуру, архитектуру, литературу и музыку. Пикассо создал около 20 тысяч работ за свою жизнь, многие из которых стали иконами современного искусства.
В России художники-авангардисты, используя приемы французского кубизма и итальянского футуризма, создали собственный вариант — кубофутуризм. К. С. Малевич утверждал: «Если ты стремишься изучать искусство, то изучай кубизм».
По экспертным оценкам, Пикассо — самый «дорогой» художник в мире. Его картины регулярно устанавливают рекорды на аукционах, а влияние кубистических принципов прослеживается в работах многих современных художников.
Кубизм с самого начала вызывал противоречивые реакции. Философ Михаил Лифшиц в книге «Кризис безобразия» (1968) отметил: «Самое лучшее в кубизме то, что он еще не дошел до полной абстракции, еще не совсем порвал с изобразительным искусством».
В СССР творчество Пикассо воспринималось неоднозначно. Для художников-соцреалистов Пикассо был «главным врагом» — с одной стороны коммунист и борец за мир, с другой — представитель «буржуазного формализма».
Тем не менее, кубизм стал одним из важнейших художественных движений модернизма, радикально изменив представления о том, каким может и должно быть искусство в XX веке.
| Идентификатор ссылки (англ.) | retoucher |
|---|---|
| Статус: | Активен |
Описание:
Искусство ретуши до эпохи Photoshop: как мастера-ретушеры создавали идеальные изображения вручную. История техник, инструментов и секретов профессиональной фотообработки.
В эпоху, когда слово «фотошоп» еще не вошло в обиход, существовали настоящие волшебники изображения — ретушеры. Эти мастера своего дела превращали обычные фотографии в произведения искусства, создавая тот самый безупречный облик, который манил с обложек журналов и рекламных проспектов.
Ретушь (от французского «retouche», английского «retouch») — это процесс и результат исправления, улучшения и художественной обработки изображений. До изобретения компьютеров и цифровых технологий ретушеры работали исключительно с физическими носителями — фотографическими отпечатками, негативами и слайдами.
Искусство ретуши возникло практически одновременно с появлением фотографии. Уже в XIX веке, вскоре после создания первой фотографии Жозефом Нисефором Ньепсом в 1825 году, фотографы начали экспериментировать с различными способами улучшения своих снимков. Ранние техники включали ручную подрисовку, использование различных химических составов и механическую обработку фотографических пластин.
Профессиональный ретушер — это уникальный специалист, сочетающий в себе навыки художника, техника и психолога. Эти мастера обладали не только превосходным знанием фотографических процессов, но и тонким пониманием человеческого восприятия красоты.
Работа ретушера требовала исключительной точности, терпения и художественного вкуса. Один неосторожный мазок кисти мог испортить целые часы кропотливой работы. Поэтому в профессию приходили только самые талантливые и усидчивые мастера.
Ретушеры работали в различных сферах:
Рабочее место профессионального ретушера напоминало мастерскую художника и химическую лабораторию одновременно. Основные инструменты включали:
Одной из самых изощренных техник была работа аэрографом — устройством, распыляющим краску тончайшим слоем. Эта техника позволяла создавать идеально гладкие переходы тонов, убирать морщины и дефекты кожи так тонко, что результат казался абсолютно естественным. Именно аэрографирование дало начало выражению «airbrushed from history» — «стерто аэрографом из истории», которое используется для описания попыток переписать прошлое.
Опытные ретушеры владели техниками химической обработки фотографических материалов. С помощью специальных растворов можно было локально осветлять или затемнять участки изображения, создавать эффекты размытия или, наоборот, повышать резкость отдельных деталей. Эта работа требовала не только художественных навыков, но и глубоких знаний в области фотохимии.
Некоторые дефекты устранялись чисто механическими методами. Ретушеры аккуратно выскабливали проблемные участки на негативах специальными ножами, создавали фактуру с помощью игл и других острых инструментов. Особенно виртуозно владели этой техникой мастера, работавшие со стеклянными фотопластинками.
Техническая ретушь была направлена на устранение случайных дефектов, неизбежно возникавших в процессе фотосъемки и печати:
Восстановление старых фотографий было особенно сложной задачей. Мастера буквально по крупицам воссоздавали утраченные фрагменты изображения, опираясь на знание анатомии, перспективы и художественных принципов.
Художественная ретушь преследовала эстетические цели и часто кардинально меняла восприятие изображения:
Именно в рекламной и модной индустрии искусство ретуши достигло своих вершин. Создатели глянцевых журналов и рекламных материалов понимали: идеальный образ продает лучше, чем реальность. Ретушеры создавали тот самый «глянцевый» стандарт красоты, который манил потребителей с обложек журналов и рекламных проспектов.
Особенно впечатляющих результатов достигали мастера при обработке модельных фотосессий. Кожа моделей приобретала тот самый бронзовый оттенок и фарфоровую гладкость, которые казались недостижимыми в реальности. Ретушеры использовали комбинацию техник:
Результат был настолько совершенен, что зрители не могли поверить собственным глазам. Именно такие изображения украшали проспекты пятизвездочных отелей, где на фоне «отчаянно синих бассейнов дефилировали бронзовотелые ворожейки в бикини».
К сожалению, искусство ретуши использовалось не только в коммерческих целях. История знает множество примеров, когда ретушеры становились инструментом политической пропаганды:
В СССР ретушь активно использовалась для переписывания истории. Наиболее известен случай с фотографией, где Лев Троцкий был «стерт» с исторического снимка, на котором он присутствовал рядом с Лениным во время речи перед советскими войсками в 1920 году. Такие манипуляции получили название «damnatio memoriae» — «проклятие памяти».
Николай Ежов, руководитель НКВД, после своей казни в 1940 году был удален с официальной фотографии, где он был изображен рядом со Сталиным. Историки впоследствии прозвали его «исчезающим комиссаром».
Не отставали от советских коллег и западные ретушеры. В 1860 году была создана одна из первых известных манипулированных фотографий: голову президента Авраама Линкольна поместили на тело политика Джона Кэлхуна. Подделка была обнаружена лишь спустя почти столетие, когда фотожурналист Стефан Лорант заметил, что родинка Линкольна находится не на той стороне лица.
Большая часть работы ретушера проходила в темной комнате — святая святых любой фотомастерской. Здесь, при красном свете специальных ламп, происходило волшебство превращения негатива в произведение искусства.
Легендарный фотограф Ансел Адамс разработал и популяризировал техники «затемнения» (burning) и «осветления» (dodging). Эти методы позволяли локально изменять экспозицию отдельных участков изображения прямо в процессе печати:
Одной из самых сложных техник была работа с масками — специальными трафаретами, которые позволяли обрабатывать строго определенные участки изображения. Маски изготавливались из различных материалов:
Серьезные ретушерские мастерские оборудовались специальными столами с регулируемым наклоном и системой освещения. Качество света было критически важно — любая неточность в восприятии тонов могла привести к браку всей работы.
Для работы с мельчайшими деталями ретушеры использовали:
В конце 1980-х годов мир фотографии находился на пороге революции. В 1987 году братья Томас и Джон Нолл начали разработку программы, которая изменит индустрию навсегда. Первоначально программа называлась Display, затем ImagePro, и, наконец, получила имя Photoshop.
19 февраля 1990 года была выпущена первая версия Adobe Photoshop для компьютеров Macintosh. Стоимость программы составляла $895 — огромные по тем временам деньги. Для сравнения: час работы профессионального ретушера на специализированной системе Scitex обходился в $300.
Поначалу многие фотографы отнеслись к цифровым технологиям скептически из-за низкого качества изображения. Однако уже через несколько лет стало ясно: эра ручной ретуши подходит к концу.
Несмотря на стремительное развитие цифровых технологий, классическая ретушь оставила неизгладимый след в визуальной культуре. Многие принципы и подходы, разработанные мастерами-ретушерами, до сих пор используются в современной цифровой обработке изображений.
Главное наследие эпохи ручной ретуши — это понимание того, что идеальное изображение является результатом не только таланта фотографа, но и кропотливой постобработки. Ретушеры создали эстетические стандарты, которые определяют наше восприятие красоты и по сей день.
Опыт классических ретушеров показал, что качественная обработка изображения требует глубокого понимания:
Эпоха классической ретуши была временем настоящих художников-виртуозов, которые превращали фотографию в искусство при помощи простейших инструментов и невероятного мастерства. Их работы — те самые «бронзовотелые ворожейки», что манили с обложек журналов и рекламных проспектов — стали эталоном красоты и совершенства.
Сегодня, в эпоху Instagram-фильтров и автоматической обработки изображений, стоит помнить о тех мастерах, которые часами, а иногда и днями кропотливо создавали каждое идеальное изображение. Их искусство напоминает нам о том, что за каждой картинкой совершенства стоит огромный человеческий труд и талант.
Когда мы видим безупречную кожу модели в глянцевом журнале или идеальный пейзаж в рекламном проспекте, мы наблюдаем результат многовекового развития искусства ретуши — от первых робких попыток ручной подрисовки до сложнейших техник химической и механической обработки. Это искусство создания иллюзии совершенства, которое продолжает очаровывать и вдохновлять нас и сегодня.
| Идентификатор ссылки (англ.) | akh-appolon-appolon |
|---|---|
| Статус: | Активен |
Описание:
Углеводы, белки и жиры в питании: почему одних овощей и фруктов недостаточно. Функции макронутриентов и важность сбалансированного рациона.
Углеводы — важнейший источник энергии для человеческого организма, однако для полноценного функционирования организму необходим сбалансированный рацион, включающий белки и жиры. Рассмотрим, что представляют собой углеводы и почему питание исключительно растительной пищей может привести к дефициту важных нутриентов.
Углеводы (глициды) — это органические вещества, содержащие карбонильную группу и несколько гидроксильных групп. Название этого класса соединений происходит от слов «гидраты углерода» и было предложено Карлом Шмидтом в 1844 году. Первые известные науке углеводы описывались брутто-формулой Cx(H2O)y, формально являясь соединениями углерода и воды.
Сахара — это другое название низкомолекулярных углеводов: моносахаридов, дисахаридов и олигосахаридов. Углеводы являются неотъемлемым компонентом клеток и тканей всех живых организмов, составляя по массе основную часть органического вещества на Земле. Источником углеводов для всех живых организмов является процесс фотосинтеза, осуществляемый растениями.
Все углеводы состоят из отдельных «единиц» — сахаридов. По способности к гидролизу на мономеры углеводы делятся на две группы: простые и сложные.
Моносахариды быстро повышают содержание сахара в крови и обладают высоким гликемическим индексом, поэтому их называют быстрыми углеводами. Они легко растворяются в воде и синтезируются в зеленых растениях.
Полисахариды — содержат более десяти единиц. Продукты, богатые сложными углеводами, постепенно повышают содержание глюкозы и имеют низкий гликемический индекс, поэтому их называют медленными углеводами. К ним относятся:
В живых организмах углеводы выполняют множество важных функций:
Углеводы служат основным источником энергии: при окислении 1 грамма углеводов выделяется 4,1 ккал энергии и 0,4 г воды. Это делает их наиболее доступным и быстрым источником энергии для клеток организма.
Углеводы участвуют в построении различных опорных структур. Целлюлоза является основным структурным компонентом клеточных стенок растений, хитин выполняет аналогичную функцию у грибов и обеспечивает жесткость экзоскелета членистоногих.
Углеводы выступают в качестве запасных питательных веществ: гликоген у животных, крахмал и инулин — у растений.
Углеводы участвуют в регуляции осмотического давления в организме. В крови содержится 100—110 мг/л глюкозы, от концентрации которой зависит осмотическое давление крови.
Главными источниками углеводов из пищи являются:
Чистым углеводом является сахар. Мёд содержит 65% фруктозы и 25-30% глюкозы. К углеводной группе также примыкают плохо перевариваемые человеческим организмом клетчатка и пектины.
Белки (протеины, полипептиды) — высокомолекулярные органические вещества, состоящие из альфа-аминокислот, соединённых в цепочку пептидной связью. В живых организмах аминокислотный состав белков определяется генетическим кодом, при синтезе в большинстве случаев используется 20 стандартных аминокислот.
Функции белков в клетках живых организмов более разнообразны, чем функции других биополимеров — полисахаридов и ДНК:
Ферменты — это белки, обладающие специфическими каталитическими свойствами. К 2013 году было описано более 5000 ферментов. Они катализируют реакции расщепления сложных молекул (катаболизм) и их синтеза (анаболизм), включая репликацию и репарацию ДНК и матричный синтез РНК.
Белки образуют основу многих структур организма. Из белка кератина состоят волосы и ногти, коллаген и эластин являются важными компонентами соединительной ткани, тубулин образует микротрубочки.
Многие белки участвуют в транспорте веществ. Гемоглобин переносит газы в крови, альбумины транспортируют жиры.
Белки играют ключевую роль при иммунном ответе, защищая организм от инфекций и других вредных воздействий.
Белки участвуют в сигнальных системах клеток. Например, белок родопсин необходим для работы зрительных рецепторов и обеспечивает формирование нервного импульса в ответ на действие фотонов света.
Белки — важная часть питания животных и человека. Основные источники: мясо, птица, рыба, молоко, орехи, бобовые, зерновые, овощи, фрукты, ягоды и грибы.
В процессе пищеварения ферменты разрушают потреблённые белки до аминокислот, которые используются для биосинтеза собственных белков организма или подвергаются дальнейшему распаду для получения энергии.
Аминокислоты, которые не могут быть синтезированы животными, называются незаменимыми. Животные получают аминокислоты из белков, содержащихся в пище. Использование белка в качестве источника энергии особенно важно в условиях голодания, когда собственные белки организма, в особенности мускулов, служат источником энергии.
Жиры (триглицериды, триацилглицериды) — органические вещества, сложные эфиры, продукты этерификации карбоновых кислот и трёхатомного спирта глицерина. В живых организмах они выполняют, прежде всего, структурную и энергетическую функции.
Энергетическая ценность жира составляет примерно 9,3 ккал на грамм, что соответствует 39 кДж/г. Это более чем в два раза превышает энергетическую ценность углеводов, делая жиры наиболее концентрированным источником энергии.
Жиры являются основным компонентом клеточных мембран, обеспечивая их структурную целостность и функциональность.
В жировых клетках сохраняется основной энергетический запас организма. Жиры являются одним из основных источников энергии для млекопитающих.
Благодаря крайне низкой теплопроводности, жир, откладываемый в подкожной жировой клетчатке, служит теплоизолятором, предохраняющим организм от потери тепла.
Природные жиры чаще всего содержат следующие жирные кислоты:
Чем больше в жирах содержание ненасыщенных кислот, тем ниже температура плавления жиров. Растительные масла, как правило, имеют жидкую консистенцию при комнатной температуре, в то время как животные жиры обычно находятся в застывшей фазе.
Эмульгирование жиров в кишечнике (необходимое условие их всасывания) осуществляется при участии солей жёлчных кислот. Насыщенные жиры расщепляются в организме на 25—30%, а ненасыщенные жиры расщепляются полностью.
Для нормального функционирования организма необходим сбалансированный рацион, включающий все три основных макронутриента: углеводы, белки и жиры. Каждая группа веществ выполняет уникальные функции, которые не могут быть полностью заменены другими.
Хотя углеводы являются основным источником энергии, питание исключительно «травой» — овощами, фруктами и ягодами — может привести к:
Согласно рекомендациям диетологов, оптимальное соотношение макронутриентов в рационе здорового человека составляет:
Эти пропорции могут варьироваться в зависимости от возраста, пола, уровня физической активности и индивидуальных особенностей организма.
Обмен углеводов в организме человека и высших животных складывается из нескольких процессов:
Большинство микроорганизмов и растений могут синтезировать 20 стандартных аминокислот, но животные получают аминокислоты из белков, содержащихся в пище. Белки разрушаются в процессе пищеварения путем гидролиза с помощью ферментов-протеаз.
Жиры перевариваются при участии желчных кислот и липаз. Они могут использоваться как источник энергии, строительный материал для мембран или запасаться в жировой ткани.
Питание, основанное исключительно на углеводах из растительной пищи, может привести к серьезным нарушениям:
Недостаток белка приводит к атрофии мышц, снижению иммунитета, нарушению заживления ран и синтеза ферментов.
Недостаток жиров может вызвать нарушения в работе нервной системы, проблемы с кожей и нарушение усвоения жирорастворимых витаминов.
Многие гормоны синтезируются из холестерина и других липидов, поэтому дефицит жиров может нарушить гормональный баланс.
Углеводы, безусловно, являются важнейшим источником энергии для организма человека, особенно для работы мозга и мышц. Овощи, фрукты и ягоды обеспечивают организм не только углеводами, но и витаминами, минералами и клетчаткой. Однако для полноценного функционирования организма необходим сбалансированный рацион.
Белки обеспечивают рост и восстановление тканей, синтез ферментов и гормонов, поддержание иммунитета. Жиры служат концентрированным источником энергии, компонентом клеточных мембран и предшественником многих биологически активных веществ.
Питание исключительно «травой», как бы богата и разнообразна она ни была, не может обеспечить организм всеми необходимыми нутриентами. Для поддержания здоровья и оптимальной работоспособности необходим рацион, включающий все три группы макронутриентов в правильных пропорциях, дополненный витаминами и минералами.
Понимание роли каждого макронутриента помогает составить сбалансированный рацион, который обеспечит организм всем необходимым для здоровой и активной жизни.
| Идентификатор ссылки (англ.) | produktovye-talony-v-sssr-1980-kh |
|---|---|
| Статус: | Активен |
Описание:
В 1980-х годах Советский Союз столкнулся с возвращением карточной системы распределения товаров — явления, которое многие считали пережитком военного времени
В 1980-х годах Советский Союз столкнулся с возвращением карточной системы распределения товаров — явления, которое многие считали пережитком военного времени. Талоны на мясо, масло, сахар и другие продукты стали неотъемлемой частью повседневной жизни советских граждан.
Карточная система распределения товаров не была новшеством для СССР. Впервые продовольственные карточки появились еще в Российской империи во время Первой мировой войны. В 1916 году были введены талоны на дефицитный сахар, а к 1917 году система охватила и другие продукты.
В советской истории карточная система вводилась несколько раз:
Между этими периодами карточки отменялись, что символизировало преодоление экономических трудностей. Однако каждое возвращение к нормированному распределению свидетельствовало о серьезных проблемах в экономике.
К концу 1970-х годов советская экономика начала испытывать серьезные трудности. Несколько факторов способствовали нарастанию дефицита:
Падение доходов от нефтеэкспорта. СССР активно торговал нефтью, что позволяло стране закупать продовольствие и товары народного потребления за границей. Однако падение мировых цен на нефть в конце 1970-х — начале 1980-х существенно сократило валютные поступления.
Неэффективность плановой экономики. Централизованная система распределения ресурсов не могла адекватно реагировать на изменения спроса и предложения. Производители не были заинтересованы в улучшении качества продукции и увеличении ассортимента.
Рост денежной массы. Государство печатало деньги для финансирования социальных программ и военных расходов, что приводило к скрытой инфляции — деньги были, а товаров на них купить было нельзя.
Изменение потребительских предпочтений. Советские граждане, особенно в крупных городах, стали предъявлять более высокие требования к качеству и ассортименту товаров. Плановая экономика не успевала за этими изменениями.
Теневая экономика. Часть товаров уходила в «серые» схемы распределения — через связи, блат, черный рынок. Это усугубляло дефицит в государственной торговле.
Талонная система вводилась постепенно, сначала в отдельных регионах, затем распространяясь по всей стране:
Первые талоны появились в крупных промышленных центрах. В Свердловске, Перми, Челябинске, Вологде были введены ограничения на покупку мяса и мясопродуктов. Например, в Челябинской области в 1981 году норма масла составляла:
С 1985-1986 годов талонная система начала распространяться шире. К традиционным талонам на мясо и масло добавились ограничения на:
В этот период талонная система достигла максимального распространения. В декабре 1989 года в Свердловске были введены талоны на спиртные напитки — одна бутылка водки (или другого алкогольного напитка) на члена семьи в месяц.
29 декабря 1989 года в Свердловске произошел «винный бунт» — многотысячная толпа, собравшаяся в очереди у Центрального гастронома за алкоголем к новогодним праздникам, перекрыла трамвайное движение на проспекте Ленина. Успокаивать людей пришлось первым лицам области и города.
Талоны выдавались по месту прописки в жилищно-эксплуатационных конторах (ЖЭК) или в общежитиях для студентов. Количество талонов зависело от числа прописанных в квартире людей. Выдача происходила ежемесячно, обычно в начале месяца.
Дополнительно по месту работы через профсоюзные комитеты могли распределяться товары, полученные предприятиями при бартерных сделках с другими организациями.
Для покупки дефицитного товара требовалось не только заплатить деньги, но и предъявить соответствующий талон. Без талона купить товар в государственной торговле было невозможно, даже если у покупателя были деньги.
Система контроля была довольно жесткой. Например, продажа мяса по «талону-заказу» требовала проставления двух печатей: ЖЭКа, выдававшего талон, и магазина, осуществлявшего продажу.
Типичные месячные нормы в середине 1980-х составляли:
| Продукт | Норма на человека в месяц |
|---|---|
| Мясо и мясопродукты | 2 кг |
| Сливочное масло | 200 г |
| Растительное масло | 500 г (на квартал) |
| Сахар | 1 кг |
| Гречневая крупа | 1 кг |
| Алкогольные напитки | 1-2 бутылки |
Одной из главных проблем была ситуация, когда даже при наличии талонов товары в магазинах отсутствовали. Например, автор воспоминаний о жизни в Якутске в 1986-1989 годах отмечал, что за три года ни разу не смог отоварить талоны на мясо и масло — эти продукты раскупались в первые дни месяца.
В Челябинской области в 1985 году ситуация с мясопродуктами ухудшилась, и талоны отоваривались в основном вареными колбасами, свининой и «тощей бараниной».
Получение товаров по талонам часто требовало многочасового стояния в очередях. Люди занимали места с вечера, дежурили всю ночь. Зимой в суровых климатических условиях это создавало дополнительные трудности.
Характерной чертой очередей за алкоголем было то, что очередники держали друг друга за талию, образуя «живую цепочку», чтобы никто не мог влезть без очереди.
Талонная система породила целую экономику перепродажи и обмена. Возник рынок самих талонов — менее дефицитные (например, на крупы) обменивались на более ценные (на сигареты, алкоголь, мясо).
Водка стала своеобразной валютой. Даже непьющие люди отоваривали алкогольные талоны для дальнейшей перепродажи или использования в качестве благодарности за услуги.
Крупные и «закрытые» города снабжались лучше провинции. Это приводило к попыткам ограничить вывоз товаров иногородними жителями. Местные власти вводили талоны частично для того, чтобы предотвратить скупку дефицитных продуктов приезжими.
Статус населенного пункта напрямую влиял на нормы снабжения. Жители областных центров получали больше, чем жители районных городов, а те, в свою очередь, больше сельских жителей.
В отдаленных северных регионах, таких как Якутия, талонная система была введена раньше — уже в 1986 году. Это было связано с особенностями снабжения этих территорий и более острым дефицитом.
В северных городах нормы могли быть выше, но реальное обеспечение товарами было хуже из-за логистических проблем.
Возвращение карточной системы после десятилетий ее отсутствия стало серьезным психологическим ударом для советских граждан. Многие воспринимали это как признак деградации социалистической системы.
Из дневника бухгалтера Института горного дела Галины Павловой (7 января 1991 года): «Вчера нам выдавали продуктовые карточки. Плакать хочется, нормы все уменьшаются...»
Граждане выработали различные стратегии выживания в условиях дефицита:
Ограниченный доступ к мясу и молочным продуктам серьезно влиял на рацион, особенно детей и подростков. Многие семьи были вынуждены основывать питание на картофеле, хлебе и продукции собственных огородов.
Именно этот период формировал поколение, выросшее в условиях дефицита полноценного питания, что отражалось на физическом развитии молодежи.
Во время Второй мировой войны карточные системы действовали во многих странах:
Важное отличие: в западных странах карточки отменялись по мере восстановления рынка товаров после войны, в СССР же они возвращались в мирное время из-за системных проблем экономики.
В странах с рыночной экономикой карточные системы используются как инструмент социальной поддержки наименее защищенных слоев населения. Например, в США действует программа продуктовых талонов (SNAP), по которой в 2012 году помощь получали 46,7 млн человек.
Принципиальное отличие от советской системы — в рыночных экономиках талоны предназначены для поддержки бедных, а не для всеобщего нормирования в условиях дефицита.
В 1986 году первый секретарь Волгоградского обкома КПСС на XXVII съезде КПСС предлагал для решения проблемы разрыва между спросом и предложением провести реформу розничных цен и отменить талоны.
Однако политическое руководство страны долго не решалось на непопулярные меры повышения цен, предпочитая административные методы регулирования дефицита.
Парадоксально, но политика перестройки, направленная на оздоровление экономики, первоначально усугубила дефицит. Частичная отмена обязательных государственных поставок и ликвидация монополии внешней торговли привели к оттоку товаров из государственной торговли.
У предприятий-экспортеров и кооператоров появились деньги, не обеспеченные товарной массой, что увеличило инфляционное давление.
К концу 1980-х талонная система достигла максимального распространения. В 1989-1991 годах талоны вводились практически на все основные продукты питания и товары первой необходимости, включая хлеб, молоко, яйца, крупы, чай, мыло, стиральный порошок.
Система просуществовала до начала 1992 года, когда в России начались радикальные экономические реформы. «Отпуск» цен, либерализация торговли и разрешение частного предпринимательства быстро ликвидировали дефицит, хотя и ценой резкого падения покупательной способности населения.
Талонная система 1980-х годов стала одним из наиболее ярких символов кризиса советской плановой экономики. Она продемонстрировала неспособность централизованной системы обеспечить население даже базовыми продуктами питания в мирное время.
Для целого поколения советских граждан талоны стали символом унижения и несостоятельности системы, которая обещала изобилие при коммунизме. Опыт жизни с талонами сформировал особую психологию дефицита, влияние которой ощущалось еще долго после отмены карточной системы.
Вместе с тем, талонная система позволила избежать голода и обеспечить хотя бы минимальные гарантии снабжения для всех слоев населения. Она стала одним из последних проявлений патерналистского характера советского государства, пытавшегося защитить граждан от последствий экономического кризиса административными методами.
Историческая справка подготовлена на основе архивных документов, мемуаров и исследований советского периода.
| Идентификатор ссылки (англ.) | sadovo-ogorodnyye-shest-sotok |
|---|---|
| Статус: | Активен |
Описание:
История садово-огородных участков в СССР: от послевоенного огородничества 1949 года до массового дачного бума 1960-х. Научное обоснование шести соток ученым Эдельштейном, садоводческие товарищества, хрущевские запреты и брежневская либерализация. Дачи как способ выживания в условиях дефицита, теневая экономика стройматериалов, быт советских дачников и номенклатурные привилегии. Почему dacha стала символом советской эпохи.
Три сотки, шесть соток, восемь соток — эти цифры были знакомы каждому советскому человеку. Садово-огородные участки стали одним из главных феноменов советской жизни, настолько характерным, что даже вошли в английский язык без перевода — «dacha». Для миллионов советских семей дача была не просто местом отдыха, а источником продуктов питания, отдушиной от городской тесноты и единственной доступной формой частной собственности в стране, где частная собственность формально не признавалась.
Само слово «дача» происходит от глагола «давать» — царь давал участки отличившимся на службе. Первые дачи в России появились еще при Петре I. Правитель ввел традицию раздавать чиновникам землю под Петербургом, чтобы те на лето не разъезжались далеко, а оставались «под рукой». Но более распространенной эта практика стала в XIX веке.
В стране появилось много государственных служащих, интеллигенции, врачей, у которых не было фамильных усадеб. Но эти люди хотели отдыхать за городом и у них были деньги на такую недвижимость. Одни покупали дачи, другие арендовали. Дачная жизнь того времени была запечатлена в произведениях Чехова, Горького («Дачники»), Леонида Андреева («Петька на даче»).
Советской России от России дореволюционной достался, помимо прочего, огромный фонд загородных дачных домов и традиция дачной жизни. Правда, и то, и другое теперь было включено в социалистический контекст: ни о каком свободном рынке недвижимости больше не могло идти и речи.
Уцелевшие «интеллигентные» слои населения, дожив до вегетарианских времен НЭПа, вновь вспомнили о своих старых приятных привычках. С них брал пример и новый класс советских служащих. В 1927 году СНК и ВЦИК издали совместное постановление, примечательное первым официальным упоминанием термина «дачные поселки». Таковыми считались «населенные пункты, расположенные вне городской черты и имеющие основным назначением обслуживание городов в качестве санаторных пунктов или мест летнего отдыха».
В 1930-е годы дачи распределялись только «номенклатуре». Чиновники и писатели строили себе огромные дачи за счёт государства. Размах строительства был таков, что в феврале 1938 года Политбюро приняло постановление «О дачах ответственных работников», в соответствии с которым устанавливалось предельное допустимое количество комнат на дачах чиновников: до 8 комнат для семейных и до 5 комнат для несемейных.
Первые десятилетия советской власти дачи были уделом узкого слоя номенклатуры. И основоположник пролетарского государства Владимир Ленин, и его преемники проживали на государственных дачах. Эти дачи становились инструментом сплочения правящей верхушки, поскольку не были частной собственностью — их выделяли в пользование, пока чиновник был востребован на службе и проявлял лояльность. Выйдя на пенсию, он мог рассчитывать на менее престижную, но по-прежнему государственную дачу, опять-таки при условии «правильного поведения».
Правительство и ВЦИК в 1932 году постановили, что земли, в том числе с постройками, выделяются кооперативам, государственным учреждениям и предприятиям, которые затем распределяют их между гражданами. Такие участки передавались в бессрочное пользование при условии, что стоимость предстоящих строительных работ будет превышать оценочную стоимость уже имеющихся строений.
Выход постановления привел к широкому дачному строительству. Однако большинство домиков были крошечными. Классический пример — поселок Новь рядом с Раздорами на Рублево-Успенском шоссе, где двухкомнатная постройка площадью немногим более 15 квадратных метров считалась достаточной для проживания четырех человек.
Однако уже в 1930-е годы началась трансформация загородных участков из мест отдыха в места напряженной работы. Рекреационная составляющая стала уступать место хозяйственной. Причиной тому был страшный голод, связанный с последствиями коллективизации, индустриализации и милитаризации.
Чтобы хоть как-то смягчить катастрофическую ситуацию с продовольствием, власти в декабре 1933 года инициировали выделение рабочим 1,5 миллиона огородов (из этого количества 200 тысяч приходилось на Московскую область) на землях, прилегающих к заводским территориям. Предполагалось, что эти участки будут возделываться огородниками «в свободное от работы на производстве время».
Размер наделов варьировался от 12,5 до 25 соток. Они должны были оставаться в пользовании у рабочих семей на пять-семь лет. Допускалось, что отведенные под огородничество массивы земель со временем станут дачными поселками.
К дачному вопросу повторно вернулись уже после войны. После Великой Отечественной войны в стране не хватало продуктов. Правительство решило дать людям шанс самостоятельно выращивать плодово-овощную продукцию. Под это дело отдавали свободные участки в городах и поселках, не используемые совхозами и предприятиями территории.
Принятое в феврале 1949 года постановление Совета Министров СССР «О коллективном и индивидуальном огородничестве и садоводстве рабочих и служащих» положило начало развитию коллективного и приусадебного садоводства. В 1949 году Совет министров СССР распорядился выделить рабочим, которые к тому времени еще не имели приусадебных участков, 6 соток в городской черте или 12 соток за ее пределами.
Схема при этом использовалась прежняя: «Городские и поселковые исполкомы выделяют земельные участки под сады рабочих и служащих предприятиям, учреждениям и организациям, а последние отводят участки рабочим и служащим». Период пользования участком ограничивался пятью годами.
Действовал принцип: одна семья — один участок. Люди получали землю в бессрочное пользование. Участками распоряжались городские и поселковые исполкомы. Они «нарезали» территорию и распределяли между предприятиями, учреждениями, организациями. Далее начальство выделяло участки сотрудникам.
Лучшие сотки, расположенные рядом с городом или поселком, получали семьи погибших воинов и инвалиды Великой Отечественной войны.
Получатель земли обязывался пять лет проработать на предприятии. Кроме того, хозяевам давали три года, чтобы обустроить территорию. Как минимум нужно было разбить сад и разработать землю под огород. И никакого бурьяна — за бесхозяйственность участка лишали сразу.
Черчиллю приписывают меткий афоризм: «В Советском Союзе почти ничего нельзя. А то, что можно — можно обязательно». В отношении огородных и садовых участков это правило соблюдалось в полной мере. В восьмом пункте постановления прямо указано: «Рабочие и служащие обязаны в течение первых трех лет полностью освоить личным трудом или трудом членов своих семей отводимые им земельные участки под сад и посадить фруктовые деревья и ягодные кустарники».
Совет министров СССР не пожалел своего времени, чтобы отдельно прописать положение о высадке смородины и крыжовника. Количество кустов определялось не личными предпочтениями рабочих, а предписаниями городских и поселковых исполкомов.
Государство помогало с благоустройством. Семена, саженцы, удобрения, инвентарь не были дефицитом, и ехать за ними далеко не требовалось. Если семья переезжала в другой город, то землю забирали. Но в таком случае новый владелец компенсировал затраты. Сумму определяли местные власти.
Если рабочий переезжал в другой регион, он терял право пользования участком, но ему возмещались понесенные затраты.
Почему именно шесть соток стали каноническим размером советского садово-огородного участка? За этим стояла не бюрократическая прихоть, а научный расчет.
Ученый-овощевод Виталий Эдельштейн еще в дореволюционные времена начал изучать все, что связано с садово-огородной деятельностью. Его опыт и наработки помогли СССР в борьбе с голодом в годы войны. В 1944 году он издал книгу «Индивидуальный огород». Ученый не только подробно изложил все принципы огородничества, но и расписал их в цифрах.
Эдельштейн определил список культур, которые должны выращиваться на каждом огороде. Это стало основой для любого советского дачника. Кроме того, ученый высчитал норму годового потребления овощей на одного взрослого человека — 500 килограммов. Далее он определил, что для получения такого урожая требуется 124,5 квадратных метра.
Эта площадь умножалась на число человек в среднестатистической советской семье. К полученной цифре Эдельштейн прибавил место для сада. Так ученый и вывел знаменитые шесть соток, или 600 квадратных метров.
На практике не все поголовно получали такую площадь. Некоторые семьи довольствовались 3-4 сотками. В Сибири и на Дальнем Востоке давали по 8 соток, учитывая более суровые климатические условия.
В 1950-е годы появилось понятие «дачно-строительные кооперативы». Именно эти организации, создававшиеся при местных исполкомах по ходатайству предприятий и учреждений, выступали собственниками и своего рода «управляющими компаниями» дачных поселков.
С середины 1950-х работники одного или нескольких предприятий объединялись для создания садоводческого товарищества. Тогда коллеги становились соседями по даче, а профсоюзы следили, чтобы земля использовалась по назначению. Товарищества образовывали не только работники, но и жильцы дома или представители одной социальной группы, например, пенсионеры.
Соответственно, рядовые граждане могли получить участок только в качестве пайщика подобного кооператива. Участки, разумеется, не выбирались по желанию дачников, а распределялись на общем собрании.
Особо оговаривалось, что садовые домики должны возводиться по типовым проектам и только в виде исключения разрешалось строительство «по индивидуальным проектам, утвержденным в установленном порядке».
У советского руководства было двойственное отношение к дачам. Они, конечно, корректировали недостатки социалистического хозяйства, но с другой стороны, они же его и дискредитировали. Номенклатура превращала дачи в загородные резиденции, а в дачниках из рабочих семей стали проявляться «мелкобуржуазные» и «собственнические» инстинкты, казалось бы, полностью уничтоженные в ходе революции.
Никита Хрущев так разозлился, что в 1960 году Совет министров постановил прекратить отвод земельных участков под индивидуальное дачное строительство и продажу гражданам дачных строений. Постановлением Совмина СССР от 30 декабря 1960 года № 1346 «Об индивидуальном строительстве дач» народу был преподнесен неприятный предновогодний сюрприз.
В документе содержалось грозное предупреждение: те граждане, которые сдают дачные строения в аренду, торгуют участками или используют наемный труд, не только лишаются права пользования, но и подлежат привлечению «к ответственности в установленном законом порядке».
Выход из ситуации решено было искать в дальнейшем развитии коллективного садоводства. Только при Брежневе садоводческие товарищества получили официальное разрешение на строительство «летнего садового домика», а дачное строительство приобрело массовое распространение по всему Советскому Союзу.
18 марта 1966 года Совет министров РСФСР и Всесоюзный центральный совет профсоюзов постановили выделять предприятиям, учреждениям и организациям земельные массивы, разделенные на участки по 6 соток (в Сибири и на Дальнем Востоке — по 8 соток). Собственно, эту дату можно считать днем рождения классической советской дачи и одного из главных символов советской реальности.
Основой фонда стали земли госземфонда, гослесфонда, подсобных сельских хозяйств и «малопродуктивные угодья совхозов и колхозов». Дачники получили право возводить «садовые домики летнего типа» полезной площадью от 12 до 25 квадратных метров. Также позволялось пристраивать террасы до 10 квадратных метров на семью. А строить домики по 30 квадратных метров уже нельзя. Почему нельзя? Потому что у нас социализм, вот почему.
Дачный бум в Союзе случился именно в 1960-х, когда товариществам разрешили строить «садовые домики летнего типа». Теперь здесь не только работали в саду, но и проводили досуг, отдыхая от городской суеты. С тех пор люди начали массово строить дачи, многие из которых стоят по сей день или стали фундаментом для полноценного загородного дома.
Согласно постановлению Совета Министров РСФСР от 12 апреля 1965 года «О коллективном огородничестве рабочих и служащих», отвод и закрепление земельных участков для данных целей осуществлялся «за предприятиями, учреждениями и организациями на срок до пяти лет».
К июню 1986 года уже более 6,6 миллиона трудящихся освоили 426 тысяч гектаров земли, создав 44 тысячи садов. Ежегодно в коллективных садах проводили отпускное время, выходные дни или проживали летом свыше 20 миллионов рабочих и членов их семей.
Период Перестройки стал началом расцвета дачного строительства. В стране насчитывалось 44 тысячи коллективных садов, где проводили свои выходные и отпуска 20 миллионов трудящихся. По разным подсчетам, от 25% до 35% советских семей обзавелись садовыми участками.
В СССР существовали строгие ограничения на размер дачи и участка, которые стали снимать постепенно лишь в конце 1980-х годов. Категорически запрещалось возводить вторые этажи и подвалы.
Однако дачная жизнь многих советских граждан не соответствовала высоким ожиданиям их руководства и была наполнена множеством грехов. В тексте постановления от 29 декабря 1984 года правительство сетует, что «возведение летних садовых домиков нередко ведется по проектам, не согласованным в установленном порядке», что «под видом летних садовых домиков ведется строительство особняков дачного типа с гаражами и банями», что для работ «привлекаются неспециализированные строительные организации».
Все это «ведет к серьезным отступлениям от моральных и нравственных норм советского образа жизни».
Теплицы иметь формально не запрещалось, но в Уголовном кодексе были статьи «Тунеядство» и «Незаконное предпринимательство». Это означало, что если человек в теплицах выращивал что-то и продавал это на базаре и с этого жил, более нигде не работая, то обязан он был оформить эту деятельность в виде лицензии и платить за неё большие налоги.
Понятное дело, что таких желающих было немного. В итоге люди устраивались, например, в военизированную охрану где-нибудь на заводе, работая в режиме «сутки-трое», вкалывая в свободные от дежурств дни у себя в теплицах, а выращенное в теплицах продавали старушки-пенсионерки, к которым на базарах особо не придирались. В южных районах СССР такая система была отлажена, и владельцы теплиц имели серьезные доходы, особенно на ранних овощах и ягодах.
Некоторые хитрые граждане умудрялись зарабатывать на перепродаже дач или сдаче в аренду, что было запрещено. Самым безобидным была торговля излишками урожая. Закон разрешал выращивать продукцию только для личного использования, никакой коммерции.
Все это невероятно раздражало население, которое страдало и от невозможности достать элементарные материалы для постройки. Из-за тотального дефицита возведение «дачных домиков» происходило полностью в теневой сфере. Нанять рабочих или грузовик для подвоза — все было проблемой.
Для строительства и ремонта как дач, так и теплиц требовались стройматериалы, пленка, стекло, топливо. Все это приходилось «доставать», изворачиваясь кто как сумеет, ведь огромный спрос на все это в десятки раз превышал скромное предложение государственной торговли.
Недаром председатель КГБ Владимир Семичастный запретил сотрудникам своего ведомства приобретать и строить дачи, опасаясь, что в противном случае они будут коррумпированы из-за необходимости связываться с черным рынком.
Дачный быт простого советского гражданина был крайне скромен. Воду брали из скважин и колодцев, для стоков была выгребная яма с самодельным «скворечником» сверху. Старые продавленные диваны, вышедшие из моды этажерки и комоды отправлялись на дачу. В принципе, туда тащили весь хлам, ведь все могло пригодиться в хозяйстве.
Дачная жизнь располагала к более близкому и тесному общению с соседями, как когда-то в коммуналках. Там дружили семьями, делились рецептами заготовок, обменивались семенами, черенками и садоводческой литературой. За душевность и простоту общения дачную жизнь тех времен до сих пор многие вспоминают с ностальгией.
Тогда не было сплошных высоких заборов — никому и в голову не пришло бы их возводить. А даже если бы и захотели — из чего же их строить?
Выезд с весны до осени на выходные на дачу стал традицией. Достаточно вспомнить фильм «Москва слезам не верит», где был показан самый старт садово-огородного движения. Советских социологов немало занимал вопрос: зачем люди изнуряюще работали на своих участках и называли это «отдыхом»?
На дачу приходилось сначала час, а то и два ехать на электричке, потом пешком или на автобусе, затем, не разгибаясь, пахать на своих шести сотках, а после — опять предстояла дорога домой. Для чего?
Главной причиной уступки государства стало самоснабжение фруктами и овощами, поскольку наладить ими бесперебойную торговлю никак не получалось. Дачи стали спасением десятков миллионов людей от тотального дефицита продуктов питания.
Кроме дач, где выращивали овощи и фрукты, люди от предприятий заводили еще участки для выращивания картофеля. В общем, отдыхали от основной работы прямо на грядках. Картошечка-помидорчики-клубника с садово-огородных участков становились важным дополнением к скудному рациону, который государство могло обеспечить по талонам.
И лишь методом косвенных вопросов социологам удалось выяснить главную психологическую причину, побуждавшую людей столь неистово трудиться. В зарегулированном советском мире, с его стандартностью жилищ, дача давала возможность творческого подхода, строительства и устройства участка по своему усмотрению — пусть и в пределах означенных размеров.
Homo soveticus ощущал себя на нем полноценным хозяином, создающим свой мир. Кроме того, дачные участки рассматривались и как средство здорового отдыха, а возможно, и как место «выплеска» нерастраченной энергии — которая в противном случае могла бы обращаться в неугодное властям русло.
Законы СССР и коммунистическая идеология не признавали частной собственности, хотя в реальности она существовала. Формально дачные участки были в собственности предприятий и кооперативов, фактически же — в собственности граждан и передавались по наследству.
Двусмысленность такого положения порождала путаницу во взглядах и оценках, что приводило подчас к глупейшим курьезам. Так, в 1959 году журнал «Огонек» разместил в одном и том же номере два материала, один из которых («Для себя, детей и внуков») рассказывал в положительном ключе о рабочем завода «Серп и Молот» и одновременно страстном любителе-дачнике, а другой материал (фельетон «Пауки») разоблачал проклятых приверженцев частной собственности, получающих от своих дач «нетрудовые» доходы.
При этом индивидуальное дачное строительство было запрещено — для строительства дачи необходимо было вступить в садоводческое товарищество или дачный кооператив.
Горбачев отменил многие дачные ограничения в 1987 году. Постановлением ЦК и Совмина от 19 сентября 1987 года № 1079 «О дополнительных мерах по развитию личных подсобных хозяйств граждан, коллективного садоводства и огородничества» было установлено:
«Члены садоводческих товариществ имеют право возводить на выделенных им земельных участках отапливаемые садовые домики площадью застройки до 50 квадратных метров без учета площади террасы (веранды) и мансарды, а также хозяйственные строения (отдельно стоящие или сблокированные) для содержания домашней птицы и кроликов, хранения хозяйственного инвентаря и других нужд. На участке могут возводиться теплицы и другие сооружения утепленного грунта для выращивания сельскохозяйственных культур. Допускается размещение подвала под домиком или хозяйственным строением. Ранее действовавшие ограничения по обустройству садовых участков отменить».
Дачные проблемы в СССР не касались людей при власти. Власть с недоверием посматривала на возрождение частнособственнических инстинктов у простых дачников, но сама номенклатура превращала дачи в загородные резиденции.
Обласканный партией драматург Александр Корнейчук — герой социалистического труда, член ЦК, депутат и лауреат — обустроил себе резиденцию в Плютах под Киевом. Там он возвел по индивидуальному проекту (архитектором был, кстати, Владимир Заболотный — автор здания Верховной Рады) красивый двухэтажный коттедж с садом. А заодно провел от Обуховской трассы к своей даче асфальтовую дорогу.
Еще со сталинских времен под Москвой в поселках Данная Поляна, Барвиха, Горки-6 были выстроены великолепные дачи для высокопоставленных персон. Вот дача одного генерала: 341 квадратный метр, 9 комнат, мрамор и гранит. Участок свыше 2 гектаров, пруд. Расходы на эту дачу составили 343 тысячи рублей.
У маршалов и дачи просторнее, и участки больше. Маршал Ахромеев жил в даче площадью свыше 1000 квадратных метров, а участок при ней был 2,6 гектара. Его коллега маршал Соколов имел дачу 1432 квадратных метра на участке более 5 гектаров. Секретарю ЦК Михаилу Суслову в 1953 году был выделен участок в 7 гектаров с 400 елями, 30 кленами и двухэтажным зданием площадью 2400 квадратных метров.
О том, как шло возведение генеральских и маршальских дач в подмосковном Архангельском, в ЦК КПСС в 1957 году писали солдаты-строители, занятые на этих объектах:
«Просим извинить нас тов. Хрущев, что отрываем Вас от больших государственных дел. Но считаем, что, если мы будем молчать, это нанесет вред нашему движению вперед, строительству социализма в нашей стране. Дело в следующем: Мы, солдаты-строители Архангельской строительной площадки при военном санатории "Архангельское" Красногорского района Московской области, строим сейчас дачи маршалам Василевскому, Гречко, генерал-полковникам Желтову, Смирнову, Неделину и др. Всего предполагается строить в районе санатория "Архангельское" около двух десятков дач. Кроме того, уже построены ранее дачи маршала Конева, Мерецкова, Тимошенко и др., около десяти дач. Дачи все большие, двухэтажные, каменные. Участки отведены большие, по 2-3 гектара земли. Они огорожены высокими заборами, за ними собаки-овчарки. Окружающее население — колхозники и рабочие говорят: вот раньше здесь была одна усадьба князя Юсупова, а сейчас сколько стало "юсупят", советских помещиков. Мы считаем, что так концентрировать дачи не следует. Ведь сюда приезжают экскурсии, видят все, видят бывшую юсуповскую усадьбу, ныне музей, и видят десятки новых построенных и строящихся усадеб маршалов и генералов с домами для прислуг, гаражами, птичниками и др. хозяйственными постройками и большими садами. Кроме того, здесь же много дач министров, построенных ранее...»
К 1980-м годам крупные советские города были окружены кольцом садовых участков. Там складывались традиции дачной жизни, чем-то напоминавшие дореволюционные, известные по произведениям вроде чеховских или горьковских «Дачников» или рассказу Леонида Андреева «Петька на даче».
Власть с недоверием посматривала на возрождение частнособственнических инстинктов, но ничего уже поделать не могла. Так сложилась парадоксальная ситуация — бедная по меркам западного мира страна была населена людьми, имевшими фактически по два жилища. Это было одной из непонятных для внешнего наблюдателя странностей системы — бедные люди, но владельцы dacha.
Шесть соток стали не просто площадью участка, а фрагментом потребительского идеала советского человека. Каждый житель СССР мечтал владеть квартирой, автомобилем и дачей. Обладавшие этим набором люди считались состоятельными по меркам Союза. Сберкнижка, драгоценности, ежегодный отдых на юге шли уже дополнением к высокому статусу.
Но «советская мечта» зачастую оставалась недостижимой для большинства. Теми же шестью сотками разжиться было не так просто. В начальной школе учительница могла спросить: «У кого, ребята, есть дачи?» — и для тех, кто не мог поднять руку, это становилось источником неловкости и стыда.
Для семей инженеров с уральских НИИ, для рабочих заводов, для учителей и врачей садово-огородные три, четыре или шесть соток становились жизненно важным подспорьем. Когда мясо с маслом выдавалось по талонам, из прочих деликатесов оставались только картошечка-помидорчики-клубника с садово-огородных участков.
Это было не роскошью, а необходимостью. Дачи спасали от голода, обеспечивали витаминами, давали возможность сделать заготовки на зиму. Банки с огурцами, помидорами, компотами, варенье из ягод — все это было результатом изнурительного труда на дачных сотках.
Дача в СССР выполняла множество функций:
Такое могло существовать только при «развитом социализме» с его минимальными налогами на недвижимость и дешевой электроэнергией. Поскольку дачные земельные участки находились исключительно в пользовании, никаких правоустановительных документов по ним не выдавалось.
В 1990 году стартовала длительная земельная реформа, которая не могла обойти и дачный сектор. 24 декабря было восстановлено право частной собственности на землю. В декабре 1992 года Борис Ельцин подписал закон, согласно которому граждане РФ получили право продавать другим гражданам РФ «земельные участки для ведения личного подсобного и дачного хозяйства, садоводства, индивидуального жилищного строительства».
По подсчетам историков, в 1990-1996 годах количество дачников удвоилось. Именно на этот период приходится формирование большей части современного фонда загородных домов и участков.
Садово-огородные участки стали одним из самых характерных феноменов советской жизни. Они воплощали парадоксы системы: формально запрещенная частная собственность, фактически существовавшая; изнурительный труд, называемый отдыхом; роскошь, доступная не всем, но являвшаяся необходимостью для выживания.
Три сотки, шесть соток, восемь соток — эти цифры были знакомы всем. На этих участках выращивали картошку, помидоры, клубнику. Отсюда и росли дети инженеров с уральских НИИ — на картошке и хлебе, с картошечкой-помидорчиками-клубникой в качестве витаминной добавки. Тощие и нескладные, но с детства знавшие цену труду на земле и вкус собственноручно выращенных овощей.
Дача стала символом советской эпохи — настолько значимым, что слово «dacha» вошло в английский язык без перевода. И хотя сама эпоха закончилась, наследие тех шести соток продолжает жить в миллионах участков по всей России, в традициях выезжать на выходные за город, в умении выращивать овощи и делать заготовки на зиму.